Читаем Образцовый самец полностью

Всю дорогу я продремала, порой вскидываясь от крупной дрожи: после купания и душной влажной пещеры в мокром платье в коридорах было откровенно холодно. Но обращаться к Нурию не стала, все равно не поможет. Главное, пусть домой отвезет, а там есть теплый душ и одеяло. Авось не подхвачу пневмонию после этой прогулки!

Грустный и задумчивый Нурий проводил меня до двери. Которую я захлопнула перед его носом, даже не попрощавшись. Нет, на аборигена я не обижалась, просто на вежливость не осталось ни моральных, ни физических сил.

А начбез действительно, к моему облегчению, нашелся дома. Он дремал, но на звук шагов сразу же вскинулся.

– Вась, ты… что с тобой?! – В голосе полковника явственно прозвучала тревога пополам с удивлением. Мужчина соскочил с кровати, на полпути к уборной перехватил меня за плечи. – Вася!

– Х-холодно, – ответила ему. Как раз в этот момент меня накрыло новой волной дрожи, поэтому говорить было особенно сложно.

Грязно матерясь себе под нос, Захар содрал с меня мокрое холодное платье. Причем «содрал» в буквальном смысле, я отчетливо слышала треск ткани. Потом подхватил на руки и потащил в вожделенный душ. За эти несколько секунд я постаралась прижаться к нему покрепче. Тут не до смущения: после стылых коридоров Гаранин казался горячим, и плевать на все остальное.

В душевую начбез ввалился со мной вместе, пустил горячую воду, так что я охнула и дернулась от неожиданности. Мужчина не позволил выскочить, удержал под потоками воды и принялся старательно растирать мне плечи и спину. За неимением мочалки – руками, но это было гораздо приятнее. Меня наконец перестало трясти, даже в голове немного прояснилось.

– У тебя штаны промокли, – заметила рассеянно.

– Как промокли, так и высохнут, – отмахнулся Гаранин. – Ты как? Лучше?

– Ага. Спасибо…

– Постой, я сейчас. – Начбез отступил на пару шагов, оставив меня приходить в себя под теплыми струями, взял большое мягкое полотнище, исполнявшее роль полотенца, расправил. – Иди сюда.

Я послушно шагнула к мужчине и оказалась укутана с ног до головы. Вытер меня Захар тоже сам, видимо не доверяя моим дрожащим – на этот раз от слабости – рукам. Опять завернул, поднял и вынес наружу.

Начинаю думать, что он идеален…

– Посиди, сейчас, – повторил, устроив меня на кровати. Я даже сумела улыбнуться этой команде.

Пока Гаранин менял штаны на сухие, я наконец-то сумела проявить самостоятельность. Немного выпуталась из полотенца, энергично растерла им лицо и голову, отчего волосы наверняка встали дыбом мелкими иголочками – они всегда так делают.

– Так, а теперь рассказывай, что стряслось.

Вернувшись, Захар взял с полки платье для меня и даже помог его надеть. Я не сопротивлялась, потому что слабость в перетруженных мышцах никуда не делась. Вместо этого начала обстоятельный рассказ о собственных приключениях.

– Знаешь, я вот сейчас подумала… – заметила, закончив. – А эти брухи, они чем-то внешне твою броню напоминают. Может, аборигены поэтому так нервно и напряженно на нее реагируют?

– Наверное. Ну, Вася!.. – выразительно хмыкнул Гаранин, качнув головой. Ничего больше не сказал, но как-то сразу стало понятно, что он думает об этом приключении.

– Поначалу все шло хорошо, – возразила я. – Кто мог знать, что эти твари нападут?

– Ты о них, надо полагать, не расспросила?

– Нет, я… не в том состоянии была, – признала нехотя. – Завтра узнаю. Кажется, Нурий чувствует себя виноватым, можно этим воспользоваться. А у тебя как день прошел?

– В сравнении с твоим – никак, – усмехнулся он. – Да и в остальном пока говорить не о чем.

– Может, это одних рук дело? Ну, взрыв и это нападение?

– Не говори ерунды. Это явно животные, хищники, а там были вполне разумные существа. Ну или, по крайней мере, звери с совсем другой линией поведения. Ты точно не помнишь, сколько среди трупов было нападающих и людей?

– Захар, если я сейчас не бьюсь в истерике, это совсем не значит, что я могла невозмутимо наблюдать, как бронированные твари жрут местных, – от воспоминаний аж передернуло.

– Ну мало ли! – Он выразительно развел руками. – Но не помнишь – значит, не помнишь, попробуй завтра хоть у Нурия спросить.

– Попробую, – эхом откликнулась я и поползла по кровати к подушке. Там упала на постель, обернулась ко все еще сидящему на краю Гаранину, который проводил меня задумчивым взглядом. – Захар… Спасибо тебе большое.

Толком сформулировать, за что именно, так и не смогла. За заботу, за поддержку, за понимание. Наконец, за то, что он вообще сейчас тут, со мной.

Начбез кривовато усмехнулся в ответ и сказал только:

– Спи.

Свет погас после хлопка, и я через пару мгновений действительно ухнула в черноту.

Очнулась среди ночи от накативших тошноты и головокружения. Могу ошибаться, но, кажется, так плохо мне не было еще ни разу в жизни, даже в веселые времена студенчества.

Несколько секунд лежала, пытаясь дышать глубоко и ровно, и соображала, что происходит. На последствия стресса не похоже, на простуду – тоже как-то не очень. Вариант остался один: шулик. Все-таки отрава!