Личность женщины не разглашается, поскольку прежде всего должны быть уведомлены ее ближайшие родственники. Хотя на данный момент нет подтверждения тому, что женщина была убита, появление на месте лейтенанта Евы Даллас свидетельствует о том, что речь идет о преступлении.

Он захлопал в ладоши, когда лицо Евы появилось на экране.

– А вот и ты, – проговорил он. – Здравствуй, дорогая! Как это приятно – встретить старого друга. И уж на этот раз… На этот раз, обещаю тебе, мы узнаем друг друга получше… гораздо лучше. – Он поднял бокал, словно салютуя ей. – Я знаю, ты станешь моей лучшей работой. Моим шедевром.

2

У Сарифины была обставленная в современном стиле квартира: стены выкрашены яркими красками, мебель обита яркими тканями, столы и полки с черной блестящей поверхностью. «Броско, энергично, – подумала Ева. – И в то же время практично. Нетрудно поддерживать чистоту и порядок». Видимо, эта женщина не любила домашнюю возню.

По постели, застеленной красным, как сигнал светофора, покрывалом, были разбросаны подушки в наволочках с пестрым рисунком. В гардеробе хранилась коллекция винтажных нарядов. Блестящих, простых по фасону и опять-таки ярких. Туфли – наверное, тоже винтажные – аккуратно сложены в прозрачных пластиковых коробках.

Она берегла свои вещи.

– Это в таких прикидах она появлялась в клубе? – спросила Ева у Рорка.

– Да, совершенно верно. Это ретро – тема сороковых годов прошлого века. Она должна была одеваться по тогдашней моде, общаться с посетителями, узнавать и приветствовать завсегдатаев, ходить между столиками, поддерживать разговор, танцевать. И выглядеть соответственно.

– Я думаю, она так и выглядела. Есть и более современная одежда, два деловых костюма. Проверим ее электронику, – добавила Ева, взглянув на блок связи у кровати. – Вдруг он ей звонил? Раньше он так не делал, но мало ли? Все меняется. Забирайте телефоны и компьютер. У нее в клубе был свой кабинет?

– Да.

– Там тоже надо проверить электронику. – Ева выдвинула ящик небольшого письменного стола у окна. – Ежедневника нет, записной книжки нет, сотового телефона нет. Наверно, все это было у нее с собой. В шкафу висит большая сумка. Подходит к костюму и деловой одежде. Несколько этих – как их называют? – вечерних сумочек. Посмотрим, сможет ли сестра нам сказать, чего здесь не хватает.

– В холодильнике пинта соевого молока, – доложила Пибоди. – Срок истек в среду. Остатки китайского обеда, по-моему, недельной давности. Я нашла мемо-кубик. – Пибоди протянула его. – Список покупок. Продукты и разные хозяйственные мелочи. И еще на холодильнике рамка для фотографии, но фотографии нет. Фотографию я нашла в кухонном ящике. Лицом вниз. Она и парень. Похоже, речь идет о бывшем дружке.

– Ладно, давай надпишем и упакуем.

Ева бросила взгляд на часы. Было уже около часа ночи. Если они сейчас начнут стучаться в двери и будить соседей, люди разозлятся.

А разозлившись, не захотят разговаривать с полицией.

– Поехали в клуб, – сказала она.

Благодаря Рорку и его любви к старыми фильмам, особенно к мрачным черно-белым мелодрамам и детективам середины прошлого века, Ева была знакома с музыкой и модой, с обстановкой и атмосферой сороковых годов прошлого столетия. Во всяком случае, в том виде, в каком их изображали в голливудских фильмах тех лет.

Войдя в клуб «Звездный свет» в два часа ночи, она поняла, каково было бы прокатиться в машине времени. Клуб представлял собой просторное помещение с тремя уровнями. До каждого из них можно было добраться по широким белым ступенькам. И на каждом уровне даже в этот час царило оживление. Люди сидели за столами, застеленными белыми скатертями, или в кабинках с подушками из серебристой парчи.

Официанты – мужчины в белых смокингах и женщины в черных платьях с юбками клеш – сновали между столами и разносили напитки на подносах. Клиенты были в смокингах и черных галстуках-бабочках, в винтажных костюмах, в блестящих платьях вроде тех, что Ева уже видела в шкафу у Сарифины, или в современных, но чрезвычайно изысканных и сшитых на заказ.

Сама обстановка здесь дышала элегантностью. Ева с удивлением заметила за столиками как совсем молодых людей – лет двадцати с небольшим, – так и тех, кто уже, несомненно, справил столетний юбилей.

На сверкающей черной сцене играл джазовый ансамбль. А может, и оркестр, решила Ева. Музыкантов было не меньше двадцати – струнные, духовые, фортепьяно, ударные. Под их зажигательный ритм пары ритмично двигались по танцплощадке в самой середине клубного зала.

Все помещение было оформлено в черных и серебристых тонах. Все сверкало и переливалось в блеске медленно вращающихся под потолком зеркальных шаров.

– Это просто супер, – заметила Пибоди. – Запредельное нечто.

– Старина снова в моде, – откликнулся Рорк, оглядывая клуб. – Нам нужна помощница менеджера. Зила Вуд.