Читаем Образ смерти полностью

Ну а сегодня он послушает оперу, сказал он себе, ощущая приятную щекотку во всем теле, пока настраивался оркестр.

«Этот псих скупил целый бакалейный магазин», – вот и все, что смогла подумать Ева, когда увидела прибытие Большой Жратвы. Бесчисленные подносы с мясом, хлебом, сыром, салатами и сладостями. Плюс к тому два больших мешка кофе – настоящего кофе.

Ева перехватила взгляд Рорка. Ее собственный взгляд метал искры. Рорк лишь покачал головой.

– Даже рта не раскрывай, – сказал он твердо.

Она с трудом проложила себе путь в толчее к его рабочей станции.

– Надо поговорить.

Ева вышла из конференц-зала, Рорк последовал за ней. Гул, стоявший в конференц-зале, ясно свидетельствовал о том, что никто, кроме нее, ничего не имел против копченой говяжьей грудинки на ржаном хлебе.

– Слушай, я не возражала против пиццы, но…

– Я должен что-то делать, – перебил ее Рорк. – Не так уж это много, но это хоть что-то. Нечто положительное. Нечто осязаемое.

– Копы могут сами купить себе еду, а если я закажу жратву от имени департамента, у меня на это бюджет есть. Есть определенная процедура…

Рорк с досадой перебил ее:

– Господи боже, да мы уже по уши погрязли в процедурах! Что тебе за дело, если я куплю пару чертовых бутербродов?

Ева почувствовала, как ее саму досада берет за горло, и постаралась взять себя в руки. Она прижала пальцы к глазам и потерла изо всех сил.

– Ты не можешь взять час на отдых? – забеспокоился Рорк. – Посмотри на меня. Посмотри на меня, – настойчиво повторил он и положил руки ей на плечи. – Ты без сил. Тебе надо поспать хоть часок, отключиться.

– Этого не будет. Ты и сам, между прочим, тоже не похож на майскую розу.

– У меня такое чувство, будто мой мозг использовали на манер боксерской груши. Но дело не в усталости и даже не в недосыпе. Меня убивает монотонность.

Ева нахмурилась и тут же снова рассердилась.

– Ты не первый раз занимаешься полицейской работой.

– Я только теперь понимаю, что до сих пор это была мелочевка. И притом у меня была ясная конечная цель. И интересно было мериться силами с преступником.

– Мериться силами? Что ты имеешь в виду? Рисковать жизнью? Проливать кровь?

Рорк уже успел немного успокоиться. Он повертел головой. Шея затекла и, чтобы ее размять, понадобятся, наверное, годы.

– Увы, это куда более привлекательная перспектива, чем часами сидеть перед экраном или висеть на телефоне.

– Да, я тебя понимаю. Но это часть полицейской работы, причем значительная часть. Полицейская работа не сводится к наземным или воздушным гонкам, к взлому замков и проникновению в частные дома. Слушай, пожалуй, это тебе было бы невредно поспать часок. Я бы даже сказала, необходимо. Я тебе это устрою.

Рорк провел пальцем по ямочке у нее на подбородке.

– Звучит крайне неаппетитно, но дело даже не в этом. Я тебе прямо скажу: если ты работаешь, я тоже работаю. Это новое правило, и оно действует, пока мы не закончим это дело.

На спор ушли бы силы, которых у нее не было.

– Ладно. Договорились.

– Есть что-то еще. – Рорк взял ее рукой за подбородок и не отпустил, хотя она поморщилась и попыталась оттолкнуть его руку. – Вот что бывает, когда мозг используют на манер боксерской груши. Мне следовало раньше это заметить, а я заметил только теперь. В чем дело?

– Мне бы казалось, что возвращение чертова ублюдка, который ускользнул от нас девять лет назад, а теперь решил вернуться, чтобы опять мучить и убивать женщин на моем газоне, – этого более чем достаточно.

– Нет, есть что-то еще. – И тут он зацепился сознанием за «ускользнул от нас». – Где Фини?

Вместо ответа Ева в сердцах пнула ногой торговый автомат с такой силой, что он разразился воем сирены.

Внимание! Внимание! Повреждение или взлом данного блока является преступлением и влечет за собой наказание в виде лишения свободы сроком до тридцати дней, а также штрафом в пределах тысячи долларов. Внимание! Внимание!

– Ну ладно, – мягко заговорил Рорк, подхватив ее под руку, и повел по коридору. – Давай поговорим у тебя в кабинете, пока нас обоих не арестовали за попытку ограбить автомат с газировкой.

– У меня нет времени…

– Найдешь время. Это в наших общих интересах.

Он провел ее прямо в кабинет. Сидевшие в «загоне» копы из вечерней воскресной смены не обратили на них никакого внимания. В кабинете Рорк закрыл дверь и прислонился к ней, а Ева с не меньшим ожесточением, чем раньше автомат, пнула свой письменный стол. Раз, другой, третий…

– Когда надоест пинать неодушевленные предметы, расскажи мне, что случилось.

– Я облажалась – вот что случилось. Черт, черт, черт! Я все изгадила.

– Как?