— Ай! — завопила маленькая фехтовальщица, колотя кулаком по клавиатуре.

Гморк поднял короткое тело.

— Фу! Тубо! — крикнула Лена. — Лежать!

Гморк чихнул и рассыпался на мелкие голубые горошины. На дисплее горело: «Время жизни — 30 секунд».

Маленькая фехтовальщица выскочила в коридор, зацепилась за ведро и рухнула в лужу, уронив шпагу. Она встала, пнула опрокинувшееся ведро, хлюпнув носом, и поползла в комнату, оставляя мокрые следы.

Лена бросила промокшее платье на батарею и повалилась в кровать. Она поворчала, ворочаясь с боку на бок, и уснула.

— Вы смотрите информационно-музыкальную программу «Взгляд», — сказал голос за стенкой.

Гермес почувствовал незнакомый запах. Он осторожно проник в комнату соседа. Запах был, но источника не было. Скунс успокоился. Он поискал чашку с молоком — для себя или для Арчила, неважно… Молока тоже не было. Гермес недовольно фыркнул. А на стеллаже?.. Старый стеллаж скрипнул, накренился, попирая самодельные подпорки. Книги посыпались вниз, распахиваясь и шурша страницами. Гермес отпрыгнул прямо на клавиатуру. Дисплей что-то спросил, но скунс не обратил на него внимания: он думал, чем же для людей книги лучше молока? Его пушистая лапа наступила на клавишу. Что-то болезненно щелкнуло в магнитном накопителе.

Голубое холодное пламя охватило компьютер. Гермес пискнул и исчез. Лена беспокойно заворочалась во сне.

2

Маленькая фехтовальщица проснулась от того, что кто-то тряс ее за плечо.

— Девочка, проснитесь!..

Лена повернулась и в свете ночника-звездочки увидела невысокую девчонку в пышном розовом, кажется, бальном платье и желтой ажурной шапочке. Худенькое смуглое лицо гостьи окружали золотистые кудряшки.

По комнате плавали клочки голубого тумана. От холодного сквозняка у маленькой фехтовальщицы застучали зубы.

Девчонка возле кровати улыбнулась: у нее был большой некрасивый рот, но удивительно милая улыбка.

— Девочка, — сказала она, — я, кажется, заблудилась. Скажите, как мне выбраться из этого сырого и мрачного склепа?

— Я сейчас! — Лена вскочила, открыла шкаф.

Она натянула синие брюки и футболку «Present». Зябко повела плечами. Пошарив ногами по полу, маленькая фехтовальщица нашла у шкафа кроссовки и втиснула в них ноги, не расстегивая.

Лена подбежала к выключателю, включила свет. Ей казалось, что стоит зажечь лампы, и девчонка в шапочке исчезнет, растает, станет голубым туманом. Но та только развела руками и промолвила, оглядываясь:

— Как здесь мило…

Лена еще раз потерла глаза.

— Меня зовут Лена. Лена Ушакова.

— Принцесса Арианта. — Девочка слегка присела, наклонив голову вперед. В ее голосе звякнули надменные нотки: — Скажите, уважаемая, вы случайно не приближены к местному королевскому двору?

— Не-а, — сказала Лена, — у нас тут двор не королевский.

Она с любопытством разглядывала гостью.

— Так вы простолюдинка? — растерянно сказала принцесса.

— Какая разница? — Лена пожала плечами.

— Но вы такая хрупкая и изящная… И потом — оружие!.. Нет-нет! Ваш отец — граф или герцог! — просительно заявила принцесса Арианта и повела рукой в сторону шпаг, висевших на ковре. Потом вздохнула, опустилась на краешек кресла и, насупившись, сказала: — В самом деле, милая Лена, какая разница? Да я сама… Лена, вам не страшно быть Удивительной?..

Маленькая фехтовальщица перестала проверять свой бицепс на хрупкость. Она недоуменно посмотрела на принцессу, потом находчиво брякнула:

— Принцесса, вы есть хотите?

— Мне стыдно признаться. — Щеки принцессы Арианты порозовели. — Но если вас не затруднит позвать служанку…

— Я тоже жутко хочу, — сказала Лена. — Вот только служанков у меня нет.

Она слетала на кухню и принесла два полиэтиленовых пакета с молоком и грандиозный «утопленник», испеченный папой вчера вечером. Маленькая фехтовальщица разложила припасы, постояла в задумчивости у стола. Почесала затылок. «Принцесса как-никак!» Лена помчалась в прихожую. Раздались грохот и звон.

— Дьявольщина! — сказала Лена.

Маленькая фехтовальщица мрачно вошла в комнату и поставила на стол два фужера. У одного из них был слегка обколот краешек. Арианта неловко налила ледяное молоко.

Маленькая фехтовальщица скосила глаза на зеркало: глухой ночью посреди ярко освещенной комнаты стояли две девочки лет по двенадцать и пили молоко. На одной из них были надеты футболка и потертые брюки с рокерскими молниями и заклепками, на другой — длинное розовое платье с бантами и воланами. Свет криптоновых ламп бродил в гранях фужерного хрусталя. За окном плыла влажная ленинградская ночь. А за стеклами книжных шкафов торчали разноцветные корешки книг.

Принцесса и Лена поставили на стол пустые бокалы.

— Ой! — вдруг сказала Арианта растерянно.

— Ты что? — спросила Лена.

— Во дворце…

— Тебя ищут?

Принцесса повернулась к маленькой фехтовальщице. Около ее большого рта образовались две взрослые складки.

— Кому я нужна? — горько сказала Арианта. — Я ведь только одна из тридцати… Хотя могут и вспомнить…

— У твоего папы тридцать детей?!!

— Да при чем тут папа! — махнула рукой принцесса. — Это у королей их тридцать.

— У каких королей?

— У каких… У наших.

— У вас в стране не один король?