Читаем Обольщение полностью

Словно по сигналу, из долины, лежавшей у подножия холма, раздался дикий визг, а в ответ оглушительный злобный рев. Деметрий обернулся посмотреть и подумал, что это может быть Гидра, от которой он сбежал прежде. А еще Химера, на которую наткнулся. Интересно, они уже поубивали друг друга или битва еще продолжается? Интересно, станет ли мир лучше, если он спустится и присоединится к ним?

– Могу рассказать тебе, как все закончится, – раздался женский голос со стороны скалы.

Деметрий обернулся на звук и увидел пожилую женщину, одетую во все белое. На ней были солнечные очки, казавшиеся до смешного абсурдными в это время ночи, и она парила в воздухе в нескольких сантиметрах от земли.

– Царь умрет, – сказала она сильным голосом, – Совет победит, монархию поглотят, порталы откроют. А потом демоны Аталанты хлынут в Арголею и не только разрушат королевство, но и уничтожат оставшихся аргонавтов. Затем твоя мать обратит все свое внимание на мир людей и будет истреблять всех, пока не обретет абсолютную власть. Полагаешь, хаос, в который сейчас повергают человечество ее демоны, ужасен? Будет хуже. Гораздо, гораздо хуже.

Его мать. Даже от напоминания кровь просто вскипела. Деметрий стиснул зубы и стал смотреть на море, намеренно игнорируя слова женщины.

Он знал, что это мойра. Также понимал, что недостаточно удачлив, чтобы встретиться с Атропос, которая перерезает нить жизни. Нет, его жалкая жизнь продолжается, и он ее прекратить не может. Данная мойра нить вытягивала.

– Это ты поставила факелы. В Зале героев.

– Да, я, – в голосе слышалась улыбка. – Он священен.

Деметрий не был в этом уверен. Для него на этом острове ничего священного не было, как он уже успел ясно продемонстрировать Изадоре прежде.

Он снова ругал себя за дурацкую ситуацию и впился ногтями в ладони, пока боль не осталась единственным, что он чувствовал.

Мойра стала спускаться, и, когда оказалась на земле, Деметрий увидел, что та пришла босиком, а ногти у нее на ногах окрашены в неоново-яркий синий цвет. Она пошла к стоявшему неподалеку булыжнику, чтобы сесть, ни звука не раздавалось от ее шагов.

– Терпеть не могу эти проклятые солнечные очки, но я все же не создание земли. – Она сделала волнообразное движение рукой над головой. – От лунного света у меня болит голова. Ты же знаешь историю своего предка Ясона?

Мойра хихикнула, увидев отсутствие энтузиазма на его лице.

– О, ты мне правда нравишься, Деметрий. Ты всегда был одним из моих любимчиков.

– Вот повезло, – пробормотал любимчик.

– В основном Аталанта винит Ясона за свою судьбу.

Деметрий бросил на нее раздраженный взгляд.

– Ясон позволил ей плыть на «Арго», хотя остальные были против. Я бы сказал, у нее шип застрял в заднице, если она винит его в чем-то.

Лахесис вздохнула.

– Винит. И больше, чем ты думаешь. Но причина ее ненависти в другом. На самом деле она влюбилась в Ясона на том корабле, а он предпочел ей другую.

Деметрий сжал зубы и перевел взгляд на воду.

– Медею. – Ведьму. Опять же, ему просто несказанно повезло. – Да, прекрасный конец, не правда ли? Он связывается с какой-то коринфской принцессой, решает жениться на ней, а не на предполагаемой суженной Медее. Сама Медея, чтобы сравнять счет, убивает его детей. Я бы сказал, конец просто великолепен.

– Как посмотреть. Один ребенок выжил и продолжил твой род. Пойди бы история иным путем, тебя бы сейчас здесь не было.

– И мир стал бы лучше, – пробормотал он. – Опять-таки проклятие суженой, наложенное Герой, сработало.

Деметрий не услышал движения, не заметил ее перемещения, а мойра уже парила в воздухе прямо перед ним, ее морщинистое лицо оказалось как раз на уровне его глаз. Воин набрал грудь воздуха и задержал дыхание, когда она сняла очки. И тут он понял, что смотрит прямо ей в глаза – белые, как луна, с крошечной черной точкой точно в центре.

– В жизни каждого из созданий на этой земле есть цель, независимо от того, хочешь ты ее знать или нет. Да, Гера страстно ненавидела Геракла и потому прокляла его и аргонавтов, обещав каждому лишь одну суженную ‒ худший выбор из всех возможных, ту, которая будет мучить их до последнего дня. Но суженная станет твоим проклятием, только если ты сам позволишь, Деметрий. Ясон сделал свой выбор, к добру или худу, но выбрал свою судьбу, а теперь время тебе выбрать свою. В этом мире ничто не определено, кроме одного факта: если ты будешь бездействовать, Аталанта победит.

Он смотрел в сторону.

– Мне все равно.

Щека Деметрия начала зудеть, и он снова посмотрел вестнице судьбы в глаза.

– Думаю, это совсем не так. Ты переживаешь больше, чем позволял себе показать кому-то все последние долгие годы. Ты не слаб, хранитель, хотя и считаешь иначе. Но то, чего ты больше всего боишься, может оказаться твоим спасением. Только если позволишь.

Спасением. Ну да, конечно. Невозможно. Но ему все еще необходимо спасти Изадору.

– Где на этом острове святая земля?