Читаем Обоюдоострая шпага полностью

Энцо опустил голову, собираясь с силами, которые хорошее вино все-таки сумело добавить.

– Эти слова я потом повторял себе каждый день – не открывай рот, если не знаешь, чем все закончится. Меня словно хлестнули по лицу – Энцо даже выпрямился, чувствуя, как последняя оставшаяся кровь начинает снова вскипать. Даже старик возмущенно заерзал на своем месте – Я выхватил шпагу и призвал его к бою, желая защитить свою честь и наказать гордеца. Но кто знал, что передо мной стоит лучший клинок страны. Слухи о нем ходили странные, одни говорили, что он маленького роста, другие вещали, что он гигант. Но кто мог что-то утверждать, когда после дуэли с ним никто так и не остался в живых. Антонио Вердес. Это имя я буду упоминать на своей последней исповеди, он дьявол, и клинок его дьявольский. Я практически не увидел его начальной атаки, но сразу почувствовал, что мою ключицу пронзила шпага, а затем и боль – Энцо левой рукой слегка указал на правую ключицу, чуть ниже которой сочилась кровь. – правая рука тут же ослабла, но я славился тем, что хорошо орудовал шпагой с обеих рук. Но когда я перехватил клинок в левую руку, ожидая удивление на лице противника, то увидел лишь самодовольный смешок, врасплох застать его было невозможно. Вот тут он и представился, произнеся грозно и надменно свое имя. Я весь похолодел и окружающие нас люди, понимали, что скоро увидят одно из своих любимых зрелищ – смерть, и она, эта госпожа, уже встала за мою спину. Но что еще хуже, это его следующие слова, которые не оставляли мне шансов на жизнь. Он произнес – Если ты хочешь жить, проси на коленях у меня прощения. После таких слов ты либо мертв сейчас, либо мертв все следующую жизнь. Я выбрал умереть стоя на ногах. Моей атаке предшествовал финт, на который злодей не обратил совершенно никакого внимания, а лишь сместился в бок и нанес еще один урон мне – на предплечье появилась борозда, благо это была правая рука. Я ответил выпадом, уже празднуя в душе победу, так как мне показалось, что я проткнул его живот. Но ничуть, он просто обернулся вокруг своей оси и еще одна рана пролегла через всю мою спину. Мои ноги дрогнули, как и мой дух, он был недосягаем, а я уже был изранен, сломлен и терял кровь вместе с остатками надежды доплыть живым до берега. Спасительная мысль, как спасательный круг, промелькнула вместе со шпагой моего противника. Я стал отступать к борту корабля, надеясь избежать как смерти, так и позора, хотя последнее уж точно будет преследовать меня потом долгие, как мне показалось, пять лет.

Энцо опустил голову, затем запрокинул ее вверх вместе с бутылкой, допив остаток вина. Старик удивился, как он проморгал тот момент, когда вино перекочевало из его рук, в руки собутыльника этого интересного вечера. Энцо завалился на бок.

– Ты погоди – запричитал старик, – Погоди умирать, у меня еще есть вино, я сейчас быстро сбегаю, ты погоди. Ты отомстил за свою честь? – на всякий случай старик решил сразу узнать концовку, если вдруг его собеседник решит умереть, не окончив свою историю.

– Я подожду, пока ты принесешь свой живительный напиток – тяжело подняв голову, ответил Энцо – мне кажется, благодаря вину и своему рассказу, я еще жив.

Серхио Фернандес уже лет пятьдесят так быстро не бегал за вином. После последнего раза родился его третий сын. А в этот раз вполне возможно кто-то умрет, промелькнуло в голове у старика, когда он спускался в подвал. Выбегая из подвала, он встретил свою жену, держащую высоко над головой свечу, здесь скорость пришлось снизить и перейти на легкую рысцу, чтоб не вызвать у жены каких-либо подозрений. Но не обошлось.

– Опять старый, за старое – прокудахтала жена – всё тебе мало, когда ж закончится вино и мое терпение?