Читаем Обними (СИ) полностью

— Да, — Мэттью хмыкнул, уперся локтями в стол и подался вперед. Глаза приблизились к глазам, теперь они смотрели чуть исподлобья. — Я не раздеваюсь на публике под музыку, не ношу стринги, не сплю с женщинами за деньги. Я медик, — тихий голос прозвучал чётко и твёрдо. — У меня полно разноцветных бумажек, в которые вы вообще не заглянули, а ваша подружка пролистала мельком. Обычно в мои обязанности входят такие вещи, от которых бизнес-леди вроде вас могло бы стошнить на туфли, — он стал медленно отклоняться назад. До тех пор, пока спина в джемпере не коснулась спинки стула. — Так что можете быть уверены, я умею обнимать людей. Без сексуального подтекста.

Так ей и надо. Она заслужила эту речь. Рита удержала взгляд на красивом остром лице, хотя для этого пришлось приложить усилие. Ужасно захотелось посмотреть в пол, как все маленькие неуверенные в себе девочки.

Сейчас он должен бы швырнуть этот контракт так, что тот проедет до противоположного края стола. По крайней мере Рита так и поступила бы, после чего растоптала бы туфлями. Но вместо этого пальцы с аккуратно подстриженными ногтями подковырнули крышку папки, достали оттуда ручку, сделали несколько скупых движений и на бумаге остался ювелирный росчерк. Ручка беззвучно легла сверху. Так точно и выверено, что даже не покатилась, как это обычно делают все ручки.

Невероятно. Просто невероятно. Он хоть когда-нибудь психует? Нервничает?

В кухне повисла тишина. Рита молча протянула руку, взяла верхний лист контракта и сложила пополам. Чтобы чем-то занять руки.

А ведь один из таких парней ухаживает за отцом на другом конце земли. Поднимает, помогает принимать душ, делает массажи, упражнения, ищет пролежни, укладывает спать… Приходит утром, и всё повторяется заново. Рита не знакома с отцовским опекуном, но у него должны быть стальные нервы, чтобы терпеть тяжелый характер Виджая Шетти… Нужно начинать воспринимать Мэттью Ройса именно так. Да, знакомство вышло идиотским, но это не отменяет профессионализм.

Голубые глаза внимательно проследили за тем, как она сложила лист в четыре раза и отодвинула в сторону. Только сейчас Мэттью вытянул руку, зацепил пальцем «ушко» одной из чашек и подтянул к себе. Рита не успела сообразить. Не успела ничего сказать. Он взял чашку, поднёс к губам и сделал глоток…

Твою мать! Имбирь!

Воздух застрял в лёгких. Рита застыла, боясь вдохнуть.

Вот сейчас точно будет взрыв. Даже Майрон недостаточно хорошо справился. Помнится, его чёрные глаза заслезились, он сухо кашлянул в кулак и хмуро спросил: «Как ты это делаешь каждый раз?». Рита тогда ответила, что она сильная женщина и у неё даже зубная паста с перцем. В общем-то, не соврала.

Но… Мэттью глотнул чай. Опустил взгляд в чашку. Повертел её в пальцах. Заметно втянул запах и… пригубил еще раз.

Дар речи у Риты пропал.

— Что у нас по программе? — заговорил Мэттью, продолжая удерживать чашку на весу. За ней спряталась половина лица, однако даже так на нём не наблюдалось следов негодования.

Рита прочистила горло, постаралась взять себя в руки. Слишком долго она на него таращилась.

— Программа простая, — она взяла свою чашку и в очередной раз встала со стула. — Я иду смотреть телевизор, а вы… Ну не знаю. Что вы обычно делаете, когда в вас не нуждаются? Вот этим и займитесь.

Она прошествовала мимо стола, прямиком к выходу. Еще мгновение, и скрылась из кухни. Её «опекун» остался сидеть на месте, возможно, немного оцепеневший.

Ему. Понравился. Чай. С имбирём и специями, от которого у большинства людей начинает гореть всё внутри.

Такое вообще возможно?

ГЛАВА 7

Если это была проверка на прочность, то очень ребяческая, что не соответствует имиджу серьёзно настроенной дикой кошки. Она всем подсовывает свой чаёк? Или только избранным? И не он ли был заварен в прошлый раз в специальном чайнике? Мэтт отставил чашку, уложил ладонь на стол, побарабанил пальцами. Вообще-то неплохо. Неожиданно и резко, но неплохо. Напиток на любителя.

За стеной невнятно заработал телевизор. В квартире стало как-то особенно пусто. Непривычно. Так пусто бывает даже не у каждого инвалида, не говоря уже о квартире самого Мэтта, где вечно снует Иэн в кофтах с длинными растянутыми рукавами и линялых клетчатых штанах. Даже если он закрывается в комнате и клеит на дверь стикер, ощущение пустоты не появляется. В отличие от этого места.

Оно слишком стерильное. Красивое, просторное, и непригодное для жизни. Как Амрита здесь живёт? И живёт ли? Из личных вещей Мэтт видел пока только банку с чаем и два работающих радиатора (экзотическому цветку нужен особый климат), но на этом всё. Хотя, возможно в остальной части квартиры будет разбросано цветное сари, украшения, вышитые подушки, цветочные гирлянды…

Ха. Ха. Ха.