Читаем Обмануть смерть полностью

Правда, купол, честно сказать, впервые установлен. Раньше такого не строили. Одна беда, архитектор по имени Михраб в славословиях по поводу строительстваупоминается всего в одной книге с математическими формулами. Судя по некоторым данным, назвать его сильно верующим никак невозможно. Если присмотреться, некоторые сценки на барельефахвыглядят крайне сомнительно с точки зрения догматов, отчего и не любят вспоминать автора. Божественным повелением встал храм, и никак иначе. Но барельефы сделаны предусмотрительно высоко, как и статуи, относящиеся к Хозяину Стад, установленные на крыше вокруг купола. Подумаешь, кони, овцы и прочие сельскохозяйственные твари. Не свинья это, а дикий кабан. И не домашний бык, а натуральный тур. Вот кто что желает, тот и увидит. Особенно если в глазах вера, а до крыши не меньше семидесяти локтей.

Когда мы свернули налево вместо того, чтобы продолжить путь к стеле Солнца, увенчанной огромным диском из чистейшего золота, я обернулся и спросил Талмата:

— А на жертвенную арену мы заходить не будем?

— Ты здесь не на экскурсии, — злобно прошипел Высматривающий.

— Что плохого в желании почтить Солнце перед важнейшим делом? — достаточно громко возмутился я, ни к кому конкретно не адресуясь.

Ну правда, любопытно было бы посмотреть все своими глазами и потрогать руками. Стела на самом деле не один огромныйкамень, а сложена из блоков. Сорок пять локтей в высоту и пять в ширину. Внутрь, подняться по лестнице, не пустят, но и снаружи интересно глянуть. Она вся покрыта рельефами со сценками из истории Первой империи. Потому что, как и многое другое, отнюдь не здесь сделана. Триста с лишним лет назад разобрали на части в Шигае, тщательно пронумеровали и поставили в столице, на площади, дополнив диском-светилом. Чуть тогда до восстания не дошло. Шигайцы этой наглостью были страшно возмущены. Что за манеры красть антиквариат, считающийся известным на весь мир чудом и шедевром?

А вот арена дело другое, пусть и известное. Арены существуют возле любого храма. Просто столичная имеет огромные размеры, изумительную акустику и четыре этажа сидений для зрителей. Каждое слово, даже произнесенное негромко, слышат все, где бы они ни сидели,на первых рядах или последних. А по праздникам это важно. Первосвященник лично произносит проповедь и приносит в жертву быка. Весь город собирается смотреть. Хм… Это легкое преувеличение. В Карунасе должно проживать не меньше миллиона, если с пригородами и трущобами за стенами. На арене не больше пятидесяти тысяч сидячих мест и еще десяток стоячих. Но это пронумерованные, с билетами. Всегда за взятку пропускают еще с десяток тысяч. Они торчат в проходах и мешают честным людям.

Мы шли по каким-то странным переходам и закоулкам. Темные внутренние дворики, многоуровневые колоннады. Я бы точно заблудился, доведись самостоятельно искать дорогу. Очередная неприметная дверь — и я потерял большую часть эскорта, оставшуюся снаружи. В пустых (удивительное дело!) коридорах пол выложен мозаиками отнюдь не на религиозные темы. Пейзажи, обычные люди. Стены облицованные дорогими сортами мрамора, привезенного со всех берегов империи, необыкновенные статуи. Как бы не Филоск с Черным Харпутом авторы. Вот уж не думал, что где-то сохранились. Жаль, нельзя внимательно осмотреть и зарисовать этих атлетов и красавиц. О! Точно Филоск. Знакомая девица. Я не представляю, как можно из мрамора сделать наброшенную на лицо вуаль. Он сумел.

В нишах треножники, не иначе посеребренные, хотя если здесь обстановка оригинальная, и чистый металл должен быть. Судя по виду, все краденое и старинное. Или трофейное? Не важно. Забрали в чужих храмах и сюда приволокли. Вон тот мощный мужик с копьем — без всяких сомнений Воин из разрушенного Старого Планина. Эти глаза, налитые яростью, и курчавую бородку ни с чем не спутаешь.

Мышцы, напоминающие своей отчетливостью латы, иназвание «Атлет» — ерунда. Канон изображения был четкий и шел от реального облика. Правда, всегдамолодого,существует всего пара изображений Воина в старости. Поэтому и сидящего напротив старика с безумным взглядом немногие сумеют опознать. А здесь, видать, умеют. Не зря так поставили. С намеком. Разобраться бы еще, с каким. В Цитадели Солнца такие изыски подозрительны.

«Куда я все-таки попал? — с недоумением подумал под гулкое эхо шагов в абсолютно пустом коридоре. — Уж не в главную ли сокровищницу? А зачем? В экспонаты музея мне пока неохота».

Очередная обитая кожей дверь с медными заклепками. Наверное, для звукоизоляции. Возле нее застыли двое при полном вооружении. Походные мундиры Ордена Солнца. Кольчуга, облившая своей тяжестью сильную грудь. Копье и меч на боку. А за поясом ручные пистоли. Стоят так же неподвижно, как статуи по дороге, и на бегу недолго перепутать. Увидев нас, они напрягись, но явно узнали и впереди идущего господина, и Талмата. Так что глупых вопросов: «Кто такие и куда идете?» — не последовало. Кулак к груди чисто по-военному приложили и опять замерли.