Читаем Обманщик полностью

Ханна дернул за висевшую у двери стальную цепь – где-то прозвенел звонок. Дверь открыла босоногая чернокожая девочка-подросток в простом хлопчатобумажном платье.

– Я хотел бы поговорить с мисси Коултрейн, – сказал Ханна.

Девочка кивнула, впустила гостя и проводила его в просторную гостиную. Распахнутая двустворчатая дверь выходила на балкон, откуда открывался изумительный вид на Саншайн и на сверкающее голубое море до багамского острова Андрос.

Несмотря на отсутствие кондиционера, в гостиной было прохладно. Потом Ханна понял, что на вилле вообще не было электричества. На низких столиках стояли три масляные лампы из полированной бронзы. Распахнутые балконные двери и окна на противоположной стороне гостиной создавали приятный легкий сквозняк. Вся обстановка говорила о том, что здесь живет пожилой человек. В ожидании хозяйки Ханна неторопливо обходил гостиную.

Одна из стен была увешана десятками великолепных акварелей птиц бассейна Карибского моря. Другой картиной был написанный маслом портрет мужчины в белой форме губернатора колонии Британской империи. С портрета смотрел седовласый губернатор с седыми усами и с загорелым, морщинистым, добрым лицом. Левый борт его мундира украшали два ряда крохотных медалей. Ханна наклонился, чтобы лучше рассмотреть небольшую табличку под портретом. Надпись на табличке гласила:

Согнутой правой рукой губернатор прижимал к телу шлем, украшенный белыми петушиными перьями, его левая рука покоилась на эфесе шпаги.

Ханна грустно улыбнулся. Значит, «мисси» Коултрейн на самом деле – леди Коултрейн, вдова покойного губернатора островов. Детектив прошел дальше вдоль стены. За стеклом демонстрационного шкафа к обшитой тканью доске были приколоты военные регалии бывшего губернатора, собранные и хранимые его вдовой. Здесь была пурпурная лента Креста Виктории, высшей воинской награды Великобритании за храбрость, и дата награждения – 1917 год. Слева и справа от ленты красовались крест «За боевые заслуги» и Военный Крест. Ордена окружали другие знаки различия, которые отважный воин завоевал на полях сражений.

– Он был очень храбрым солдатом, – прозвучал четкий голос за спиной Ханны.

Детектив удивленно оглянулся. Резиновые колеса инвалидной коляски бесшумно катились по деревянному полу. Леди Коултрейн оказалась невысокой хрупкой старушкой с копной белых курчавых волос и живыми голубыми глазами.

За коляской стоял слуга, настоящий гигант, который привез хозяйку из сада. Леди Коултрейн обернулась к слуге.

– Благодарю вас, Фэрстоун, теперь я справлюсь сама.

Гигант кивнул и удалился. Леди Коултрейн проехала еще несколько футов и жестом пригласила Ханну садиться. Она улыбнулась.

– Вас удивляет его имя? Он был подкидышем, его нашли на свалке, на изношенной покрышке фирмы «Фэрстоун». А вы, должно быть, главный инспектор Ханна из Скотланд-Ярда. Для нашего островка это очень высокий чин. Чем могу быть вам полезной?

– Прежде всего я должен извиниться за то, что, обращаясь к служанке, назвал вас мисси Коултрейн, – сказал Ханна. – Никто не сказал мне, что на самом деле вы – леди Коултрейн.

– Это все в прошлом, – махнула рукой леди Коултрейн. – Теперь я просто мисси. Все меня так зовут. Я ничего не имею против. Старые привычки живучи. Вы, возможно, поняли, что я не из Британии. Я родилась в Южной Каролине.

– Ваш покойный супруг… – Ханна кивнул в сторону портрета, – был здесь губернатором?

– Да. Мы встретились во время войны. Роберт воевал еще в первую мировую войну. Он не был обязан снова идти на фронт, но он пошел. Его еще раз ранили. А я тогда была медсестрой. Мы полюбили друг друга, обвенчались в 1943 году и счастливо прожили десять лет. Потом он умер. Он был на двадцать пять лет старше меня, но для нас это не имело никакого значения. После войны британское правительство направило его сюда губернатором. Он умер, а я осталась на острове. Ему было всего пятьдесят семь лет. Сказались боевые ранения.

Ханна в уме произвел несложные расчеты. Очевидно, сэр Роберт родился в 1897 году и в двадцать лет получил Крест Виктории. Значит, леди Коултрейн сейчас должно быть шестьдесят восемь лет – слишком мало для инвалидного кресла. Своими проницательными голубыми глазами леди Коултрейн, казалось, прочла его мысли.

– Десять лет назад, – объяснила она, – я поскользнулась и сломала позвоночник. Но вы приехали за четыре тысячи миль не для того, чтобы обсуждать проблемы старой женщины в инвалидной коляске. Чем я могу вам помочь?

Ханна объяснил.

– Дело в том, – закончил он, – что я не могу понять мотивов преступления. Кто бы ни убил сэра Марстона, он должен был ненавидеть губернатора. Но что касается островитян, я не представляю, кто и почему мог бы его возненавидеть. Вы знаете местных жителей. Кто мог желать смерти губернатору и по какой причине?

Леди Коултрейн подъехала к окну и какое-то время молча смотрела в сад.