Читаем Обмани смерть полностью

— Даша под предлогом дополнительного обследования девочку сюда перевела, — хмуро ответил Сергей Александрович, — Марк лечащий врач этого ребенка, ну ты его знаешь, Даша у его сына крестная, он ей отказать не может, выписал направление и вот девочка у нас под присмотром. Утром я её посещал. Девочке стало намного лучше, она уже разговаривает и больше не отказывается от лечения, с ней всё в порядке, а вот с тобой…

Сделав паузу Сергей Александрович ждал вопроса не дождался, и тогда веско продолжил:

— Тебе надо пройти ещё одно обследование. Я с утра просмотрел результаты твоих анализов, и значит… подумал… короче я договорился о твоем переводе в отделение онкологии.

И торопливо:

— Ты не бойся, ничего страшного, просто лучше подстраховаться… профилактика… самое обычное дело.

— Что у меня? — с ледяным отчуждением спросил Петр, — и не ври Сергей. Какая профилактика? Ты врач с тридцатилетним стажем, кандидат наук и ради профилактики ты бы меня в онкологию бы не отправил. Ну-с, я жду!

— Кишечный тракт, — в упор глядя на застывшего в кресле Петра выдавил Сергей Александрович, — там опухоль, пока маленькая, можно сказать микроскопическая, но если её не прооперировать, не облучить, не задавить химиотерапией, то возможно её разрастание. И немедленно переходи на диету, больше ни капли алкоголя, воздержись от чая и кофе. Сильный стресс и последнее употребление тобой алкоголя спровоцировало болезнь, она обострилась, это вызвало болевой шок и привело к потере сознания. Больше никаких нервных нагрузок. Диета, спокойствие, операция, процедуры строго по графику и есть шанс остановить и победить болезнь. В отделении онкологии я договорюсь и оперировать тебя сам буду, всё сделаю как надо, не беспокойся.

— Сколько мне осталось? — глухо спросил Петр.

— Не знаю, — честно ответил врач, — это одно из самых загадочных заболеваний. Никто толком не знает первопричины его возникновения. В твоём случае я предполагаю, причина, это постоянно растущие нервные перегрузки. У тебя как я понимаю внутренний конфликт, тебе вероятно противно то что ты делаешь, но как говорится работа есть работа и есть каждый день надо.

— Смешно, — без улыбки сказал Петр, и повторил, — Очень смешно. Этот внутренний конфликт у большей части нашего населения. Но это ещё не значит…

— Идет стабильный рост количества онкобольных, — не дал ему договорить, Сергей Александрович, — об этом умалчивают, то это факт. Растет заболеваемость туберкулезом, нередки случаи голодной дистрофии, анемия стала повсеместным явлением, появились вши, до восьмидесяти процентов детей рождаются с патологиями. Разъедаемая метастазами равнодушия наша больная страна разлагается и медленно умирает.

— Утешил, нечего сказать, утешил, — вынужденно улыбнулся Петр, — дескать не переживай, все сдохнем. Так я это и так знаю.

— А ты знаешь, что есть случаи полного излечения больных онкологическими заболеваниями? — повысив голос, резко возразил врач, — Для специалистов онкологов, это такая же загадка как и возникновения этой болезни.

— Ну а твоя версия?

— Всё дело в желании жить, в стремлении бороться, ну и разумеется грамотное лечение, оно просто необходимо. Лечение я тебе обеспечу, а вот остальное зависит уже только от тебя.

— От меня, — пробормотал Петр, и с усталым безразличием договорил, — Знаешь Сергей, у меня уже давно нет желания жить. Смысл? Ты воспитываешь своих дочерей, они как и ты станут врачами, ты лечишь больных, многих выдернул с того света, тебе есть для чего жить. А у меня? Провести ещё несколько судебных процессов и получить за них деньги, для этого жить?

— Сам решай, — врач аккуратно сложил листки с результатами анализов в папку, несильно хлопнул по ней ладонью, затем встал и вышел из-за стола, — Извини, но на сегодня разговор окончен, у меня через десять минут плановая операция.

Уже в дверях кабинета остановившись:

— Чуть не забыл, Дашка просила тебя к ней зайти, — сказал он, засмеялся и погрозил пальцем, — смотри не испорть мне девчонку, а то что-то она зачастила с тобой встречаться. Хотя, — он пристально посмотрел на Петра, — как лекарство это полезно, тонизирует. Но Дашу не трогай.

— Да ты что с ума сошёл? — вскочил с кресла и покраснел от возмущения Петр, — ты за кого меня принимаешь?

— Главное чтобы ты с ума не сошел, — пожал плечами Сергей, — ну ладно мне пора.

Жизнь и смерть неразделимы. Только жизнь нам дается на время, а смерть приходит навсегда. Для материалистов смерть это окончание всего, для верующих это всегда только начало. Но даже материалист хочет верить и даже искренне верующего порой мучают сомнения. Ведь смерть это вечность?