Читаем Облако Пустоты полностью

багаж и доставить его в монастырь». Я поблагодарил его. Он положил мои пожитки на

повозку и поехал дальше. Я продолжил свой путь, совершая обычные поклоны и воскурения,

без промедлений. В середине пятого месяца я добрался до монастыря Байюнь, где

останавливался военный чиновник, взявший мой багаж. Он пригласил меня в свою штаб-

квартиру на территории монастыря, где мне было оказано всяческое внимание. Там я провел

три дня. Когда я расставался с ним, он предлагал мне деньги на дорожные расходы и прочие

подарки, от коих я вежливо отказался. Тем не менее он послал сопровождающих, чтобы

доставить мой багаж и некоторую сумму денег в монастырь Сяньтун17.

С зажженными благовонными палочками я добрался до грота Бимо на горе Гуйфэн.

Потом направился к Шицзыво (пещера Льва) и Лундуну (пещера Дракона). Все эти места

неописуемо красивы. Но, совершая воскурения и низкие поклоны, я не мог в полной мере

оценить эту красоту. На исходе пятого месяца я прибыл в монастырь Сяньтун, где получил

свой багаж, доставленный туда солдатами. Сначала я отправился в окрестные храмы, где

совершал воскурения и наводил справки о Вэнь Цзи. Его никто не знал, но позже, когда я

упомянул об этом нищем в разговоре с одним пожилым монахом, тот, соединив ладони в знак

почтения, сказал: «Это было явление бодхисаттвы Манджушри». Тогда я простерся ниц,

воздавая хвалу бодхисаттве18.

На 22-й день я начал совершать воскурения наряду с обычными поклонами на ходу и

двумя днями позже добрался до восточной вершины. В ту ночь луна светила ярко, а звезды

сверкали как бриллианты. Я вошел в каменный храм, совершил воскурение и стал

произносить молитвы и читать сутры. Просидев там в медитации в течение семи дней, я

спустился с вершины горы и отдал дань почтения пещере Нараяны. Находясь там, я

обнаружил, что мои запасы еды кончаются. В первый день шестого лунного месяца я

возвратился в монастырь Сяньтун. Во второй день начал восхождение на вершину Хуаянь

(Аватамсака), совершая по пути воскурения. Я провел там ночь. На третий день с чувством

благоговения посетил северную вершину, после чего провел ночь на центральной вершине.

На четвертый день я совершил ритуальные обряды на западной вершине и снова провел ночь

в горах. На пятый – возвратился в монастырь Сяньтун. На седьмой – отдал дань почтения

17 Монастырь Сяньтун был построен в 58–75 гг. Второй по древности буддийский монастырь в Китае. В нем

400 залов, расположенных на площади в 20 акров.

18 Это было в исполнение предсказания Вэнь Цзи, что некто возьмет заботы о багаже Сюй-юня до гор Утай.

южной вершине, где провел в чаньской медитации семь дней. На пятнадцатый день я

спустился с южной вершины, возвращаясь в монастырь Сяньтун, чтобы посетить Великое

Молитвенное Собрание, проводившееся в шестом лунном месяце. Таким образом, данный

мною тремя годами раньше обет молиться о спасении моих родителей был полностью

исполнен.

В течение всех этих лет, за исключением периодов болезни, шквальных ветров и

снегопадов, мешавших совершать воскурения и поклоны, мое сознание пребывало в

состоянии полной концентрации. Несмотря на трудности путешествия, сердце мое было

преисполнено радостью. Каждый раз я имел возможность испытать силу духа в

неблагоприятных условиях, и чем труднее мне было, тем спокойнее становилось на сердце.

Таким образом, я постиг, что древние имели в виду, говоря: «Избавляясь от части старых

привычек, становишься ближе к свету мудрости; перенося все тяготы, обретаешь часть

бодхи».

Красивейшие пейзажи, представавшие перед моим взором во время путешествия из

Путо в Чжэцзян, Чжунчжоу, Хуанхэ и Дайхан, были многочисленны и совершенно

неописуемы. Детальные описания таких мест даны как в современных, так и в

многочисленых древних записках о путешествиях, но по достоинству оценить их красоту

нельзя, не очутившись там непосредственно. К примеру, чистое святое место, горы Утай, где

воссиял Манджушри и где пред взором предстают бездонные холодные пропасти, покрытые

вечными снегами с каменными мостами, пересекающими их, и павильонами, нависшими над

пустотой, – такого больше нигде не увидишь. Поскольку я был занят совершением

воскурений и поклонов, у меня практически не было времени наслаждаться этими видами.

Когда я исполнил свой обет, который, собственно, и был причиной моего пребывания там, я

не хотел дать повода горным богам посмеяться над моим глупым любопытством. В конце

Великого Молитвенного Собрания я совершил восхождение на вершину горы Дало, где отдал

дань почтения «светочам мудрости», появляющимся там, судя по рассказам. В первую ночь я

ничего не увидел, но во вторую увидел большой светящийся шар, летящий от Северной

вершины к Центральной вершине. Там он опустился и вскоре распался на шары разного