Читаем Облака перемен полностью

Во-первых, он как услышал, что я предлагаю встретиться в офлайне, тут же наделал под себя. С перепугу такое понёс, прямо обхохочешься: и что я небось из ментовки, и что я небось чей-то шнурок, а ему только чужих шнурков и не хватает для полного счастья, и что я чёрт с рогами. И что он на меня плевал, и ещё сто раз плюнет, и спокойно это сделает, потому что я его никогда не найду, так что он плюнет тыщу раз, так что лучше мне отвянуть и никогда больше не всплывать на горизонте.

Хотя, вообще-то, мог бы он не напрягаться так со своей плювотой и визгами, а просто тихо меня забанить. А поскольку не забанил, значит закинутая мной удочка привлекла внимание.

Но уже чтобы сделать простую вещь – пересечься в реале, пришлось нагромоздить такой план во всех подробностях, что ФСБ бы позавидовала. Проговорили до мелочей: он не возьмёт с собой ни планшета, ни даже телефона, так что если это всё-таки подстава и схватят злые менты, то его, тихого юношу (я нарочно спросил: ты ведь тихий юноша? – да, говорит, ещё какой тихий), на самый крайняк никто не сможет связать с тем погонщиком синих китов, кем он на самом деле является, – с обладателем ника Old Galaxy.

А если не менты, а просто шнурки замороченных им чад замыслили облаву, так встречу можно назначить в таком месте, где тайком к нему никто не подкрадётся. У Чехова лучше всего, там вокруг шаром покати, на километр видно во все стороны, пусть не ленится и тыквой крутит: приметит издалека кого неподходящего и тут же скипнет, и все дела. И вообще, не надо ссать в компот, там косточки.

Короче, конспирация как перед взятием Зимнего. Я даже удивился, что в конце концов уломал.

И вот на тебе: оказался лоб ещё тот, это он в чате мог проканать под разочарованного девятиклассника, юношу бледного, а на самом деле брился по полной, не то что я, я вообще ещё не брился (из наших только Гершонянц вечно с синей рожей ходит, кровь такая). Школу окончил, а ни фига не поступил, у него средняя чуть ли не сорок баллов, так что, если по ЕГЭ судить, та ещё спиноза. А так-то этот Вадик ничего оказался чел, симпатичный, но ленивый как сволочь и трусливый как таракан.

Я так и подозревал: всю эту паутину с китами он плёл чисто по приколу, начал когда-то от балды, а потом затянуло, с чатами всегда так – ляпнешь что-нибудь, а потом тебе этим тычут, вот, мол, сам же писал, ну и приходится дуть в ту же дуду. Устные высказывания в этом смысле проще: собака лает – ветер носит. Ему, видите ли, смешно дурачков разводить на слезливые вопли. Он сеет зёрна, потом смотрит, как они всходят, растут, развиваются, друг за друга цепляются, приятно, что в итоге непролазный лес, все друг другу морочат мозги, что готовы хоть завтра, разбудите меня в четыре двадцать, всё готово, душа спокойна, решимости по горло, осталось всех-всех-всех о ней оповестить, пусть удивятся и восхитятся. Но все они, к сожалению (это Вадик такое сожаление искренне высказывал), все они на деле слабаки, вся решимость пустой болтовнёй кончается, такой народ, типа нет в нём настоящей нашей рьяности, он уж решил с этим делом завязывать.

В общем, мы с ним задружились, он смешной оказался. Дылда такой, а мечты подростковые, если не дебильные. Скажем, спускаемся в метро на «Геологической», там эскалаторы прямо в преисподнюю нисходят, Вадик тупо таращится на встречный, на котором народ из морлочьего подземелья обратно к свету едет, и вдруг надрывно так вздыхает: эх, а вот если бы я все их зарплаты получал!

Ну не имбецил?

Но всё-таки инициативный, только все инициативы как у бешеной собаки: давай, говорит, замутим такую штуку!.. Воодушевлён, глаза горят. Рассказывает план – и он такой идиотский, прямо хоть вешайся. Типа давай яйцами в розницу торговать, это наверняка выгодно. А это как? Ну как, что непонятного, очень просто: покупать десятками, а продавать поштучно.

Короче, я с ним был примерно как со мной когда-то Васильич, типа наставник, даром что этот дурень на четыре года старше.

Конечно, он тут же на всё согласился, ещё бы ему не согласиться, такая пруха на ровном месте, он и подумать не мог, – но вот делать всё мне пришлось самому. Правда, всё равно выходило, что с ним вместе, хоть и нужно было его поминутно взбадривать, чтобы продолжал своим китовым чатом заниматься, а то он и уши повесил, надоело ему, видишь ли. Да ведь как от чата отойти, отойдёшь – тут же френдов потеряешь, а ведь живые френды на дороге не валяются, из-за них я всё и затевал.

Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука. Голоса

Книга скворцов [litres]
Книга скворцов [litres]

1268 год. Внезапно итальянский городок накрывают огромные стаи скворцов, так что передвигаться по улицам становится совершенно невозможно. Что делать людям? Подобно героям знаменитого «Декамерона», укрывшимся на вилле в надежде переждать эпидемию чумы, два монаха и юноша-иконописец остаются в монастыре, развлекая друг друга историями и анекдотами (попросту травят байки). Они обсуждают птиц, уже много дней затмевающих небо: знамение ли это, а если да, то к добру или худу? От знамений они переходят к сновидениям и другим знакам; от предвещаний – к трагедии и другим представлениям, устраиваемым для людского удовольствия и пользы; от представлений – к истории и историям, поучительным, печальным и забавным. «Книга скворцов» – остроумная повесть, в которой Умберто Эко встречает Хичкока. Роман Шмараков – писатель, переводчик-латинист, финалист премий «Большая книга», «Нацбест».

Роман Львович Шмараков

Историческая проза
Облака перемен
Облака перемен

Однажды в квартире главного героя – писателя раздаётся телефонный звонок: старая знакомая зовёт его на похороны зятя. Преуспевающий бизнесмен скончался внезапно, совсем ничего не оставив молодой жене. Случившееся вызывает в памяти писателя цепочку событий: страстный роман с Лилианой, дочерью умеренно известного советского режиссёра Василия Кондрашова, поездки на их дачу, прогулки, во время которых он помогал Кондрашову подготовиться к написанию мемуаров, и, наконец, внезапная смерть старика. В идиллические отношения писателя и Лилианы вторгается Александр – с виду благополучный предприниматель, но только на первый взгляд… У этой истории – несколько сюжетных линий, в которых есть элементы триллера, и авантюрного романа, и семейной саги. Роман-головоломка, который обманывает читательские ожидания страница за страницей.«„Облака перемен“ – это такое „Преступление и наказание“, не Достоевский, конечно, но мастерски сшитое полотно, где вместо старухи-процентщицы – бывший режиссёр, которого убивает обман Александра – афериста, лишившего старика и его дочь всех денег. А вместо следователя Порфирия Петровича – писатель, создающий роман» (Мария Бушуева).

Андрей Германович Волос

Современная русская и зарубежная проза
Царь Дариан
Царь Дариан

Начало 1990-х, Душанбе. Молодой филолог, сотрудник Академии наук, страстно влюбляется в девушку из таджикской патриархальной семьи, дочь не последнего человека в Таджикистане. Предчувствие скорой гражданской войны побуждает ее отца согласиться на брак, но с некоторыми условиями. Счастливые молодожены отбывают в Москву, а главный герой в последний момент получает от своего друга неожиданный подарок – книгу, точнее, рукопись о царе Дариане.Счастье длилось недолго, и в минуту самого черного отчаяния герой вспоминает о подарке. История многострадального царя Дариана и история переписчика Афанасия Патрина накладываются на историю главного героя – три сюжетные линии, разделенные столетиями, вдруг переплетаются, превращаясь в удивительное полифоническое полотно. «Царь Дариан» – роман о том, что во все эпохи люди испытывают одни и те же чувства, мечтают об одном и том же. Это роман об отчаянии и утешении, поиске и обретении, о времени, которое действительно способно исцелять.

Андрей Германович Волос

Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже