Читаем Обитель Солнца полностью

Дорога тянулась долго — казалось, гораздо дольше, чем должна была. Мальстен не знал, сколько времени у него ушло на то, чтобы приблизиться к огромному дереву, хищные лысые ветви которого угрожающе направляли на него свои острия.

Там, рядом с массивным стволом притаилась чья-то фигура, скрытая густым светло-серым туманом. Она стояла, опираясь на ствол и слегка опустив плечи. Лишь приблизившись и обойдя дерево, Мальстен узнал в этой фигуре того, кого считал одновременно своим другом и своим кошмаром.

— Сезар? — удивленно воскликнул он. Собственный голос эхом разлетелся по площади и потонул в густом тумане.

Сезар Линьи выпрямился, услышав свое имя, и оттолкнулся от ствола дерева, будто оно больше не требовалось ему в качестве опоры. Он был все таким же, каким Мальстен видел его в последний раз. В нем сочеталась аристократическая тонкокостность с хорошо очерченными развитыми мышцами. Тонкие руки с длинными пальцами, которые обретали смертоносность, стоило им сжать рукоять шпаги; острые, точеные черты лица, бледная кожа, выразительные глаза под двумя арками угольно-черных бровей; неизменные длинные вороные волосы, вьющиеся мелким бесом и схваченные лентой в низкий хвост; суровый непримиримый взгляд…

— Мальстен, — обратился учитель. В его голосе послышалась строгая оценка, глаза окинули бывшего ученика критически с головы до пят. — Военная Академия пошла тебе на пользу. Хоть плечи стал прямо держать безо всяких напоминаний. — Сезар вдруг поморщился, словно уловил неприятный запах. — Впрочем, от глупостей военная муштра тебя так и не уберегла. Жаль. Я возлагал на нее большие надежды.

Мальстен невольно сделал шаг назад, прочь от учителя. Тот скептически приподнял бровь.

— Так ты молчать ко мне пришел? — спросил он. — Так долго добирался сюда, чтобы не вымолвить ни слова? Что же, интересно, может заставить тебя набраться решительности?

Мальстен сжал кулаки, но тут же заставил себя подавить злость. Он обещал себе, что не станет реагировать на насмешки и понукания учителя. Обещал слишком давно и держал это обещание слишком долго, чтобы отказаться от него сейчас.

— Сезар, за что ты так ненавидишь слабость? — выпалил он на одном дыхании. Собственный голос показался ему непривычно высоким и словно бы детским.

— С чего ты это взял? — хмыкнул Сезар. — Впрочем, любить-то ее не за что. Но и ненавидеть тоже. Слабость — это естественно. Все бывают слабы.

Мальстен задохнулся собственным возмущением.