Читаем Обитатели стен полностью

Эрик почувствовал себя глубоко уязвленным. Быть принятым за мифического, жуткого дикаря — это уже слишком! Рассказами о них стращали непослушных ребятишек. Эти заросшие волосами существа не пользовались языком, не умели владеть оружием и много незапамятных времен назад забыли всеобщее табу всех племен и народов, наложенное на каннибализм. Юных послушников в отрядах запугивали историями о многочисленных блуждающих ордах, которые вдруг появлялись из ниоткуда и перегрызали копья своими зубами, сражаясь не ради победы, территории или женщин, но ради оторванных конечностей своих противников. А если ты спрашивал бывалого воина, неужели дикари действительно существуют, несмотря на то, что никто никогда их не видел, он отвечал, что эта чума появляется лишь в дальних коридорах. «Дикари, — сообщал он то, что ему в свое время довелось услышать от своих учителей, — не обитают на территории Чудовищ, не живут они и в коридорах. Они живут совершенно в другом месте, которое называется Внешний Мир» А если ты просил его объяснить или описать, что такое Внешний Мир, он только пожимал плечами, приговаривая: «Ну, Внешний Мир — это место, где живут дикари». И ты уходил, гордый своими познаниями, наконец догадавшись, что дикари — такая же страшная легенда коридоров, как и прочие их невидимые обитатели: кровосос Дракула, стаи злобных полицейских собак, пучеглазые марсиане и дикие кошки.

Но понятие «дикарь» относилось не только к мифическим персонажам; слово использовалось как ругательство и с целью унизить другого. Дикарем называли неумелого ребенка или воина, ослушавшегося своего военачальника, или женщину, изгнанную из Женского Сообщества. Если кто-нибудь в племени совершал особенно вопиющее преступление и, избегнув наказания, скрывался в дальних коридорах, о нем говорили: «Пусть его заберут дикари. Он ничем не отличается от них». Дикарем становился тот, кто не выдерживал испытания на принадлежность к человеческому роду.

Но какое право имела эта девушка заклеймить его таким именем? Ей не могло быть известно, что его собственное племя объявило его отщепенцем. Да даже если и так, — она сама находится на территории Чудовищ, где ни одна женщина не имеет права показываться, — и туда же — оскорблять людей.

— Так что я решила, что ты — дикарь, именно из-за нашего Большого Приятеля, — промолвила девушка. — Он уже запускал ко мне двух дикарей. К счастью, он приносил их по одному. И мне удавалось прикончить дикаря сразу, как только он опускался, еще до того, как тот успевал рассмотреть, какая я соблазнительная и вкусная.

— Ты хочешь сказать… что дикари действительно существуют?

— Действительно ли существуют дикари? Ты никогда их не видел? Благословенный Аарон, откуда же ты взялся?

«Из Человечества» — уже собрался отвечать Эрик, принимая привычный напыщенный вид, но тут же вспомнил, как на это реагировали чужаки, — за последнее время он многому успел научиться.

— Я из передних коридоров, — ответил он. — Из небольшого племени, которое там обитает. Вряд ли ты что-нибудь о нас слышала.

Девушка кивнула.

— Из передних коридоров… тогда понятно, почему у тебя не подвязаны волосы. А для Чудовищ все люди с распущенными волосами являются дикарями. Они, по-моему, достаточно внимательно меня изучили, чтобы догадаться, что я женского пола — вероятно, одна из немногих женщин, которых им удавалось поймать. А из-за того что волосы у меня распущены, они, не переставая, подпихивают ко мне дикарей, чтобы я с ними спарилась. И мне это уже порядком надоело, должна тебе сказать! Еще спариваться с кем-нибудь — куда ни шло, но превращаться в чей-нибудь обед!.. Я уже привыкла к тому, что здесь появляются только дикари, так что, как только я увидела твои волосы, я сказала себе: «Рашель, за дело!» Если бы я была повнимательнее, я бы заметила, что в руках у тебя копья, за спиной ранец, а следовательно ты экипирован как человек.

— Тебя зовут Рашель? А меня — Эрик, Эрик-Око.

— Привет, Эрик. Я — Рашель дочь Эстер, а сокращенно — просто Рашель. Как приятно, что нас теперь двое — хоть можно будет с кем-то поговорить. Из передних коридоров, — ухмыльнулась она. — Неудивительно, что ты не видел дикарей. Они почти никогда не добираются туда — слишком далеко от Внешнего Мира. Но мой народ то и дело вынужден сражаться с ними и оттеснять их назад на открытые пространства. Чудовища, вероятно, наловили целую уйму их для своих экспериментов — во Внешнем Мире у них, наверное, повсюду расставлены капканы. Эй, взгляни.

Эрик послушно посмотрел вверх. Чудовище, принесшее его, тяжеловесно развернулось и начало удаляться.

Рашель захихикала.

— Как мило. Оно решило, что, наконец, подобрало мне пару, и любезно оставляет любовников наедине. Впервые за все это время ему не приходится тут же вынимать труп из клетки.

Эрик почувствовал себя неловко и застеснялся.

— А почему оно решило, что все в порядке?