И снова Эрик тронулся за Роем: все его чувства обострились, готовые воспринять любые изменения вокруг, но мысли его все время возвращались к собственным проблемам. Он не мог спорить с Бегуном: по-своему тот был прав. Но удастся ли ему, Эрику-Оку, когда-нибудь обрести свой дом, где он будет окружен друзьями, разделяющими его помыслы и способными защитить его спину? Ему не хотелось думать так же, как другие, и уж по крайней мере так, как Чужаки. Это надо же — подвергать себя такой опасности из-за оружия, которое даже не известно, существует ли!

Артур объявил ночь, и экспедиция расположилась лагерем в расщелине гигантского прохода, который вел к кладовой Чудовищ. «По крайней мере, выставили дозорных», — отметил про себя Эрик.

Ранцы наполнили свежей пищей, добытой из странных контейнеров в кладовой, хотя в желудке у Эрика начинались неприятные спазмы при мысли о том, что придется поглощать неопробованные женщинами продукты. Вальтер Охотник за Оружием указал нм прорезь в водопроводной трубе, и они набрали во фляги воду.

— Племя, к которому я раньше принадлежал, — заметил Рой-Бегун, устраиваясь с группой Чужаков ко сну, — называло себя Человечеством — представляете, Человечество! Так вот, они считали, что можно пить воду, добытую только в коридорах. А на территории Чудовищ и еда, и питье запрещались. Они скорее были готовы умереть от жажды, но не могли отказаться от своих предрассудков. — Он расхохотался. — Они считали, что их мертвые предки рассердятся на них и…

Эрик отошел в сторону. Он почувствовал, как его сердце заныло от одиночества.

XIII

Когда экспедиция тронулась в путь после ночного отдыха, Эрик уже не мог смотреть на Роя. Тот отыскал где-то маленький ремешок и завязал на затылке волосы на манер Чужаков.

Теперь их разведывательный отряд пополнился еще одним членом: Артур распорядился, чтобы к Эрику и Рою присоединился Вальтер Охотник за Оружием. Этот крепкий приземистый человек с большими грубыми руками был единственным членом экспедиции, который углублялся на территорию Чудовищ дальше кладовой. В поисках предметов Чуждой Науки, которые могли быть использованы в качестве оружия, он неоднократно путешествовал по самым отдаленным пещерам Чудовищ.

Рой был сам не свой от восторга и упорно продолжал гнуть свою линию:

— Это глупое племя, в котором я жил, — они называли вас жителями дальних коридоров и считали, что ни по уму, ни по другим воинским качествам вы и в подметки им не годитесь. Но никто из них никогда в жизни не удалялся на такое расстояние и не подвергал себя таким опасностям. Самый отважный военачальник этого племени — а он считал себя прямо-таки выдающейся личностью — всего раз или два раза обходил кладовую Чудовищ и заглядывал в следующую пещеру.

— Направо, — скомандовал Вальтер, когда они приблизились к концу прохода. — Берегитесь капканов. На выходе из кладовой они всегда расставляют парочку.

— Могу поспорить, что тебе доводилось встречать такие капканы, которые его военачальнику… — Рой большим пальцем указал в направлении Эрика, — и не снились. А его считали Капканоломом. Эй, Эрик, — сочувственно поинтересовался Рой, — неужели тебе не мешают волосы на лице? Волосы не должны закрывать обзор.

— Мне не мешают, — кратко ответил Эрик.

— Просто, понимаешь, ты ведь Око. По крайней мере для своего племени. Предполагается, что ты должен идти впереди, указывая путь остальным. А вот Вальтер, он хоть и Охотник за Оружием, а дорогу знает лучше тебя. А все потому, что Вальтер и его народ — это настоящие ребята, которые…

— Хочешь, чтобы я пошел впереди? — спросил Эрик Вальтера. — Не возражаешь?

— Хорошая мысль, молодой человек. Зрение у тебя лучше, чем у меня. А мы будем идти вдоль этой стены до следующего привала. Если увидишь что-нибудь подозрительное, останавливайся и тут же сигнализируй.

Эрик обошел высокого тощего Бегуна и низенького крепкого Вальтера и обогнал их на тридцать шагов. На таком расстоянии их приглушенные голоса едва до него доносились. И Эрик тут же почувствовал себя лучше.

Он ощутил, насколько он уже свыкся с огромными пространствами территории Чудовищ. Смотреть прямо вверх на ослепительно белое освещение было все еще трудно — всякий раз, как он пытался это сделать, ему казалось, что он начинает терять сознание, зато двигаться вдоль стены, глядя прямо перед собой, он мог совершенно спокойно, испытывая лишь легкое недомогание.

Трижды на своем пути он сталкивался с небольшими препятствиями, которые могли быть капканами. Тогда он подавал знаки идущим позади него воинам, а те, в свою очередь, передавали их дальше основному корпусу экспедиции.

Затем нужно было осторожно отделиться от стены, обойти широким полукругом препятствие и возобновить свой путь. Отходя от стены, Эрик начинал испытывать тот же невыносимый приступ страха, так что ему приходилось прилагать все силы, чтобы сохранять самообладание. Как только он оказывался в этой безграничной белизне, его охватывало желание кричать и мчаться сломя голову куда глаза глядят.