Читаем Обед у людоеда полностью

– Сейчас, – пробормотала я и отодвинула засов.

В ту же секунду из сортира вылетел парень лет тридцати, здоровенный и неуклюжий, как белый медведь. В мгновение ока он ухватил меня за рукав и проорал:

– Попалась, гадина!

– Ничего себе! – возмутилась я. – Мог бы и спасибо сказать.

– Ах ты, дрянь! – озверел он и достаточно сильно и больно пнул меня в живот кулаком.

– С ума сошел! – взвизгнула я и ударила его носком ботинка по колену. – Крыша поехала, что ли?

– Сейчас у тебя голова съедет, – пообещал выпущенный из сортира хулиган и попытался приложить меня о железную кабинку.

Я заорала и начала отбиваться что есть сил, на шум сбежались зеваки, и тут же, откуда ни возьмись, появились два милиционера, которым на двоих едва исполнилось сорок лет.

– В чем базар, граждане? – спросил один, розовощекий и пухлогубый блондин, старающийся выглядеть солидно.

– Да бабы у вас тут, в Москве сраной, все дряни, – с чувством произнес мужик, продолжая пинать меня тяжелыми ботинками, – бизнес придумала, сволочь.

– Изложите внятно суть происшедшего, – потребовал второй мент, – и попрошу документы.

Парень вытащил паспорт.

– Ага, – удовлетворенно отметил сержант, – гражданин Украины, а где регистрация?

– Ты чего, с глузду съехал? – поинтересовался мужик. – Какая такая регистрация? Я проездом тут, ночью уезжаю.

– А где билет?

– Не купил еще.

– Пройдемте в отделение, – хором велели менты.

– Интересное дело! – завопил мужик. – А эту дрянь отпустите? Знаете, чем она занимается?

И он рассказал невероятную историю. Звали его Николай Кружко, и ни в чем плохом он никогда не был замешан. Абсолютно добропорядочный гражданин, даже налоги в своем Киеве платит аккуратно.

– Сто лет мне ваша Москва чумная не нужна, – злился он, – да тетка в Тамбове заболела.

Поезда Киева – Тамбов не существует. Вот и пришлось Мыколе ехать до Москвы. Но в столицу экспресс прибыл в девять утра, а тамбовский скорый отправляется только в одиннадцать вечера. Кружко пошел шататься по Первопрестольной, дивясь на изобилие товаров и продуктов да пугаясь цен. В конце концов организм потребовал свое, и тут Николай увидел голубые будочки, а около них простого вида тетку в китайской куртке.

Заплатив четыре рубля, Кружко воспользовался туалетом, а когда захотел выйти, дверь оказалась запертой. Решив, что произошло недоразумение, парень постучал. Но дежурная не собиралась отпирать, более того, она заявила, что вход в туалет стоит четыре рубля, а выход – сотню.

Я хихикнула. Ну надо же. Володя Костин рассказал мне, что подобный бизнес существует в арабских странах, где дурят туристов из Европы. Предлагают глупым белым людям покататься на верблюде за копейки и самым честным образом их возят. Вот только когда приходит время слезать с горбатого, начинаются проблемы. Покинуть «корабль пустыни» можно лишь тогда, когда он лежит. Так вот за то, чтобы уложить верблюда, погонщики просят немалую сумму. И, как правило, получают ее. Привыкшее к зною животное может безо всякого вреда для здоровья простоять целый день под палящим солнцем, а туристы не настолько выносливы, через минут десять ломаются и готовы отдать что угодно, лишь бы убраться в тенек.

У нас верблюдов нет, зато есть общественные туалеты. Мыкола в полном негодовании принялся колотиться в кабинке, но железная дверь даже не дрогнула, а дежурная была непреклонна. В конце концов мужик сдался, просунул в щель сторублевую бумажку, но дверь не открылась. Взвыв от обиды, Кружко забил в створку кулаком, и тут наконец мошенница загремела шпингалетом.

– Я шла мимо, – отбивалась я, – услышала вопли и отодвинула щеколду, думала, мальчишки баловались.

– Врет, – заявил парень, – это она, я узнал. Куртка розовая, шапочка серая…

– Да в таких куртках пол-Москвы ходит!

– Ага, – заявил Николай. – А это что, глядите!

Милиционеры уставились во все глаза на сторублевую купюру, валявшуюся на снегу.

– Выбросила, гадина, – бушевал Кружко, – чтобы улик не было!

Ну не идиот ли! Да у меня в кошельке лежат три точно такие же бумажки, все одинаковые, розовые…

Но патрульным последний аргумент показался весомым, и они потащили нас в отделение.

В дежурной части я строго сказала:

– Вот что, господа, я имею право на телефонный звонок.

– Ты адвокат? – насторожился полный, похожий на небритого кабана капитан.

– Нет, но закон я знаю!

– Здесь я закон, – хмыкнул капитан, – а ты мошенница. Давно поймать хотели.

– Немедленно позвоните вот по этому номеру майору Костину, майору Самоненко или майору Митрофанову…

– Зачем? – насторожился капитан. – Да кто вы такая?

Отметив, что «кабан» перешел со мной на «вы», я гордо ответила:

– Полковник Романова, к сожалению, не имею при себе документов, но эти люди подтвердят мою личность. Давайте, капитан, шевелитесь, мне недосуг с вами время терять…