Читаем О власти полностью

230. В прежние времена подобные состояния и последствия физиологического изнурения, поскольку они чреваты вещами внезапными, ужасными, необъяснимыми и непредсказуемыми, почитались больше, чем здоровые состояния и их последствия. Люди боялись, предполагали здесь воздействие высших сил. Сон и сновидения, тень, ночь, природный страх сделали ответственными за возникновение двоемирия – а надо было прежде всего присмотреться к симптомам физиологического истощения. Древние религии своими обрядами умели специально подводить верующих к состоянию истощения, когда он с неизбежностью начинал переживать подобные вещи… Людям казалось, что они вступают при этом в сферы высшего порядка, где все перестает быть известным. – Видимость высшей силы…

231. Сон как следствие всякого утомления, утомление как следствие всякого чрезмерного возбуждения…

Потребность в сне, обожествление и обожание самого понятия «сон» во всех пессимистических религиях и философиях.

Утомление в данном случае – это утомление расы; сон, с психологической точки зрения, есть лишь выражение необходимости в более глубоком и продолжительном отдыхе… На самом же деле это смерть обольщает в образе своего брата – сна…

232. Весь христианский набор упражнений по части покаяния и спасения души можно рассматривать как произвольно вызываемое folie circulaire[84]; как нетрудно догадаться, осуществим он лишь в уже предрасположенных к этому (то есть болезненных и слабых) индивидуумах.

233. Против раскаяния и его чисто психологического врачевания. – Неумение справиться с каким-то переживанием уже есть признак упадка. Бередить старые раны, упиваться презрением к себе и собственной подавленностью – это просто одна из болезней, из которой никогда не воспоследует «спасение души», а только новая стадия того же заболевания…

Эти состояния «душеспасительной благости» у христианина суть только изменения одного и того же болезненного состояния, – истолкования эпилептического кризиса по определенной формуле, которую дает не наука, а религиозная мания.

Человек, когда он болен, на свой болезненный лад добр… большую часть психологического аппарата, с которым работало христианство, мы сегодня причисляем к формам истерии и эпилепсии.

Всю эту практику психологического душевного восстановления следует поставить обратно на физиологическую основу; «угрызения совести» как таковые суть лишь помеха на пути к выздоровлению, – надо пытаться новыми действиями все в себе уравновесить, дабы как можно скорей избежать хвори самомучительства… чисто психологическую практику душевного врачевания, используемую церковью и сектами, следовало бы дискредитировать как опасную и вредную для здоровья… больного нельзя исцелить молитвами и заклинаниями злых духов – состояния «раскаяния», наступающие под воздействием подобных мер, весьма далеки от того, чтобы вызывать доверие с психологической точки зрения…