Читаем О самовоспитании врача полностью

Второй разновидностью показной учености является похвальба отдельных незадачливых «ученых» количеством своих печатных работ. Между тем ведь дело не в количестве, а в качестве работ, в их объективной ценности. Небесполезно напомнить, что, например, вюрцбургский профессор-физик Вильгельм Конрад Рентген основные данные об открытых им икс-лучах изложил в трех небольших журнальных сообщениях-тезисах. Также и истинный благодетель страждущего человечества Джозеф Листер принципы своего учения о безгнилостном лечении ран представил в сравнительно небольшой статье, напечатанной в журнале «Ланцет» под заголовком «О новом способе лечения осложненных переломов, нарывов и т. д.». А ведь их скромные по числу и объему работы открыли новые горизонты в науке, в практической медицине, стали эпохальными. И, что особенно характерно, эти поистине великие деятели науки не кичились своими достижениями, не выпячивали свой приоритет. Заслуги их оценила история.

Это очень поучительный пример для тех молодых медиков, которые пытаются публиковать сообщения о своих малопримечательных научных или даже чисто технических предложениях под громкими заголовками «Мой способ лечения», «Наша модификация...», «Новый метод диагностики...» и т. п.

В последнее время кое-где находит последователей заимствованная на Западе «мода» использования общей печати для «сиюминутного» оповещения публики о достижениях отдельных врачей. Наглядным примером этой порочной практики может служить появление в конце 1972-го и начале 1973 года на страницах многих местных и центральных газет целого ряда статей с кричащими заголовками «Уникальная операция в Ярославле», «Первая в мире» и т. д. В этих статьях в неприятном саморекламном тоне (с перечислением имен всех участников событий) описывалась попытка группы ярославских врачей приживить оторванную голень юноше Ерохину, сбитому грузовой автомашиной. Как известно, попытки приживления различных фрагментов конечностей не являются «уникальными» и «первыми в мире»— многие хирурги с достаточным опытом тоже пытались делать подобные операции. И судить о результатах таких попыток нужно с большой осторожностью. К сожалению, описываемая операция тоже окончилась неудачей.

Тем, кто склонен к чрезмерным претензиям, не нужно забывать, что в практической медицине не так уж много «нового под луной». Поэтому, прежде чем ставить вопрос о своем приоритете, следует хорошенько ознакомиться с соответствующей старой и современной литературой. Иначе можно очутиться в положении известных персонажей гениальной комедии Н. В. Гоголя «Ревизор» Бобчинского и Добчинского:

— Э! говорю я Петру Ивановичу.

— Нет, Петр Иванович, это я сказал Э!

— Сначала вы сказали, а потом и я сказал Э!

Один из учеников известного московского хирурга А. В. Мартынова так характеризовал стиль научной работы своего шефа: «Алексей Васильевич не одобрял в научной работе стремление к сенсации, к дешевым и легким успехам. В этом отношении сам Алексей Васильевич являл нам всегда пример величайшей скромности, вплоть до того, что не спешил, а иногда и вовсе избегал опубликовывать даже те свои взгляды и методы, приоритет авторства на которые бесспорно принадлежал ему».*

*(Л. Н. Блументаль Речь памяти А. В. Мартынова. — «Советская клиника», 1035, № 1 (113). )

О третьем виде показной учености, получающей .в последнее время довольно широкое распространение,— учености, если можно так выразиться, «за чужой счет», не так давно с негодованием писал академик П. Анохин: «Мне хотелось бы сказать и о другой беде, знакомой авторам новых идей. Слушаешь иной доклад и отмечаешь: это докладчик «заимствовал» у того, это — у другого, это — у меня,— и личего сделать не можешь. «Автор» стоит, улыбается, ему даже пожимают руку. А ведь я помню время, когда человека, который не сослался на чужую работу, где первоначально содержалась идея эксперимента, поставленного им, подвергали остракизму — с ним не здоровались, он был конченным человеком для мира науки, он был изгнанником общества. Подобное поведение считалось высшим преступлением для ученого. А теперь зачастую слышишь не осуждение, а глас восхищения: «Как ловко он это сделал!».*

*(П. Анохин. Ограничивая оригинальность? — «Литературная газета», 1972, № 3, 26 июля.)

В этой связи весьма своевременным является принятое в ноябре 1974 года постановление Центрального Комитета КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по дальнейшему совершенствованию аттестации научных и научно-преподавательских кадров». Зафиксированное в нем требование создать при защите диссертаций обстановку плодотворной, творческой дискуссии, высокой требовательности, принципиальности и соблюдения научной этики будет эффективным средством борьбы с любителями строить свой научный авторитет «за чужой счет».