Шатаясь от усталости, пальмаховцы на заре ушли от Сионских ворот. Еврейский квартал снова оказался в осаде. Только через два десятилетия еврейский солдат снова оказался в Старом городе. Как выразился Давид Элазар — первый человек, ворвавшийся туда, — это была "печаль целого поколения".

36. Иосеф спас Иерусалим

В темноте над Иудейскими горами гремела канонада. Орудия Арабского легиона били по Иерусалиму — это была артиллерийская подготовка перед массированной атакой.

Колонна броневиков с заведенными моторами готова была в любую минуту ринуться на приступ. За ней, в грузовиках и пикапах, напряженно ожидали приказа о наступлении пехотинцы.

Следуя тактике, которой их обучили британские военные инструкторы, артиллеристы Легиона перенесли огонь вперед, направив его на квартал еврейских ортодоксов — Меа-Шеарим.

Артподготовка продолжалась; к грохоту пушек присоединилось глухое ворчание трехдюймовых минометов. Толпа напуганных, полуодетых людей высыпала на улицы Меа-Шеарим. Обстрел поднял людей с постелей; пытаясь найти укрытие понадежнее, они ринулись к центру города. Повсюду раздавались истошные крики:

— Легион идет!

Обстрел и угроза атаки повергли в панику не только мирных обитателей квартала. Некоторые бойцы Эцеля, защищавшие здание полицейского училища у подножья холма Шейх-Джаррах, тоже обратилась в бегство.

В четыре часа тридцать минут утра (когда последние пальмаховцы по приказу Узи Наркиса отходили от Сионских ворот) обстрел кончился, и майор Боб Слейд дал приказ двинуться на Иерусалим. Тяжелые броневики ползли по направлению к центру города так торжественно, словно это был парад.

Из окна своего штаба, оборудованного в верхнем этаже здания "Типат халав"[13] в Меа-Шеарим, Ицхак Леви увидел колонну броневиков. Он связался с Шалтиэлем и попросил прислать ему "бронированные силы" Иосефа Нево.

Не успев отдохнуть от сражения у Яффских ворот, бойцы Иосефа Нево снова заняли свои места в бронированных автомобилях и с грохотом двинулись в Меа-Шеарим. Поднявшись в штаб Ицхака Леви, Нево увидел, что бронеколонна арабов приближается.

Разглядывая ее в бинокль, Нево почувствовал, что спина у него покрывается холодным потом.

— Если они так же будут идти и дальше, сказал он, — то через час они достигнут Сионской площади[14]. Кроме полицейского училища да цепи стрелков в Меа-Шеарим, никто их не сможет остановить, на их пути нет ни одной преграды.

Внимательно всматриваясь в приближающуюся колонну, Нево заметил, что арабы нарушают одно из кардинальных правил британской тактики: пехота двигалась позади броневиков с большим разрывом. "То ли Глабб хочет свести до минимума свои потери, — размышлял Нево, — то ли он считает, что у Хаганы нет противотанковых орудий, и поэтому рискует пустить броневики вперед". Во всяком случае, Нево был уверен, что судьба Иерусалима зависит сейчас от того, выполнят ли арабы другое тактическое правило англичан: двигаться утром, а закрепляться на позициях после полудня. "Если Легион последует этой тактике и закрепится на холме Шейх-Джаррах перед тем, как двинуться к городу, Хагана получит несколько часов передышки и постарается организовать оборону. Если же Легион сразу двинется вперед, — думал Нево, — то мы их остановить не сможем; тогда Иерусалим будет для них открыт".

Он позвонил Шалтиэлю и сообщил ему свои соображения.

Шалтиэль реагировал быстро и решительно: он тут же возложил на Нево командование всем сектором и приказал ему во что бы то ни стало отразить атаку арабских броневиков.

Нево положил трубку и объявил растерянным и напуганным штабистам, что отныне здесь командует он. Затем он бросился к своей машине, чтобы еще раз проверить и пересчитать людей и имевшиеся в его распоряжении боеприпасы, с помощью которых он должен был остановить броневики Арабского легиона.

У здания полицейского училища майор Слейд почти не встретил сопротивления, но дальше он наткнулся на импровизированную баррикаду, сложенную из камней, бревен и колючей проволоки.

Майор выскочил из своего автомобиля, чтобы помочь солдатам разбирать баррикаду. В этот момент у его ног разорвался снаряд. Это был недолет из его собственного миномета.

Шрапнелью майору разорвало спину и ягодицы, и он без чувств свалился на землю; рядом с ним, убитый наповал, рухнул другой офицер.

С крыши одного из зданий Меа-Шеарим изумленный Иосеф Нево увидел, как колонна бронемашин Легиона неожиданно остановилась, а затем повернула назад — к высоте Шейх-Джаррах. Начатое столь успешно, арабское наступление застопорилось, когда колонна лишилась двух своих старших офицеров. Нево, конечно, не знал, почему колонна перестала продвигаться вперед, но ему было наплевать на причины. Важно было одно: Арабский легион преподнес ему драгоценный подарок, в котором Нево больше всего нуждался, — передышку.