Читаем О ереси и расколе полностью

Происхождение Священного Писания, способ понимания и объяснения его изображены с полною ясностию Святыми Апостолами Петром и Павлом. Святой Петр говорит: Всяко пророчество книжное по своему сказанию не бывает (по русскому переводу: никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собою). Ни бо волею бысть когда человеком пророчество, но от Святаго Духа просвещаеми, глаголаша Святии Божии человецы (2 Пет. 1, 20, 21). Это значит: как произнесено Слово Божие или Священное Писание при посредстве Святаго Духа, так только при посредстве Святаго Духа оно может быть и объясняемо, следовательно и понимаемо. Святой Апостол Павел говорит: Божия никтоже весть, точию Дух Божий. Мы же не духа Mipa сего прияхом, но Духа, иже от Бога, да вемы, яже от Бога дарованная нам: яже и глаголем не в наученых человеческия премудрости словесех, но в наученых Духа Святаго, духовная духовными сразсуждающе (по русскому переводу: духовное излагая духовно) (1 Кор. 2, 11, 12). Отсюда видно, что в изложении и объяснении Писания нисколько не участвовала человеческая ученость, нисколько не участвовало школьное изучение Писания, изучение его буквы, которыми отличались и хвалились иудейские книжники и фарисеи, которое имел и Апостол Павел, которое он вменил для себя в тщету ради превосходнейшего познания о Христе Иисусе, даруемого Святым Духом (Деян. 22, 3; Флп. 3, 5-8). После вышеприведенного Апостол продолжает: Душевен человек не приемлет яже Духа Божия: юродство бо ему есть, и не может разумети, зане духовно востязуется (по русскому переводу: потому что о духовном надо рассуждать духовно) (1 Кор. 2, 14). Это сказал Апостол из своего опыта. Он, находясь в состоянии плотского, душевного человека, был изучен Писанию о вере в Бога по современному обычаю, преобладавшему тогда между иудеями, уничтожившему между ними духовное понимание Закона, соделавшему иудейских богословов неспособными познать и принять Бога, явившегося им во образе человека с неоспоримыми и яснейшими свидетельствами Божества Своего. При обращении из иудейства в христианство, Святой Павел весьма быстро перешел от состояния душевного к духовному по причине, предшествовавшей обращению строгонравственной жизни (Флп. 3, 6). Обильно наученный Святым Духом, он узнал на себе, что прежние его познания, также обильные в своем отношении, не только не объясняли для него Бога, но и закрывали Бога от него, омрачали его, делали врагом Божиим, отнимали у него возможность покоряться Учению Христову (Рим. 8, 7), представляли ему Учение Христово странным, диким, нелепым, богохульным (1 Кор. 2, 14). Странным показалось оно иудейскому учителю Никодиму (Ин. 3, 4); жестоким и невыносимым показалось оно многим таким, которые уже были учениками Богочеловека и последовали Ему в Его странствии (Ин. 6, 60). Этим соблазнившимся и оставившим Божественного Учителя ученикам Он сказал: Дух есть, иже оживляет, плоть (т.е. плотское разумение слова Божия) не пользует ничтоже: глаголы, яже Аз глаголах вам, Дух суть и Живот суть (Ин. 6, 63).

Плотское разумение слова Божия приводит к неверию, к соблазну самым всесвятым словом Божиим, к ложным и превратным заключениям и мнениям, к оставлению Бога, к погибели. И Никодим, уверовавший в Богочеловека ради знамений, совершаемых Богочеловеком, соблазнился Его словом, давая слову Божию плотское значение. На слова Господа: Аще кто не родится Свыше, не может видети Царствия Божия, Никодим возражает: Како может человек родитися, стар сый? Еда может второе внити во утробу матери своея, и родитися (Ин. 3, 3, 4). При смирении душевный человек может низлагать свои помыслы, взимающиеся на разум Божий и пленять всяк разум в послушание Христово (2 Кор. 10, 5); но при гордости, при высоком мнении о своих познаниях, при доверии к своему разуму и ведению, необходимо должен душевный человек счесть юродством, т.е. нелепостию или безумием слово Божие, как сказал святой Апостол Павел, как доказали это на самом деле иудейские ученые архиереи и священники, отвергнув Господа, как это доказали и доказывают бесчисленные сонмы еретиков, отвергавшие и отвергающие Божественную Истину. - Все, имевшие ученость мира сего и занявшиеся потом очищением себя посредством духовного подвига, искренно сознаются, что они должны были вынести тяжкую борьбу с помыслами человеческой мудрости, восставшими с жестокою силою против Евангельского учения и оспоривавшими с необыкновенною упорностию у Евангелия владычество над умом подвижника.