Придворное пение (здесь указываю наиболее на обедню; впрочем «Господи помилуй», поемое на Литургии уже поется и на всех церковных последованиях), ныне взошедшее во всеобщее употребление в Православных Церквах, необыкновенно холодно, безжизненно, какое-то легкомысленное, срочное! Сочинения новейших композиторов выражают настроение их духа, настроение западное, земное, душевное, страстное или холодное, чуждое ощущения духовного. Некоторые, заметив, что западный элемент пения никак не может быть соглашен с духом Православной Церкви, справедливо признав знаменитые сочинения Бортнянского сладострастными и романическими, захотели помочь делу. Они переложили, с сохранением всех правил контрапункта знаменный напев на четыре голоса. Удовлетворил ли труд их требованию Церкви, требованию ее духа? Мы обязаны дать отрицательный ответ. Знаменный напев написан так, чтобы петь одну ноту, а не по началам (partheses), сколько бы певцов ни пели ее, начиная с одного певца. Этот напев должен оставаться неприкосновенным: преложение его есть непременно искажение его. Такой вывод необходим по начальной причине: он оправдывается и самим опытом. Несмотря на правильность преложения, канон Пасхи утратил свой характер торжественной радости и получил характер печальный: это уже не восторг, произведенный воскресением всего рода человеческого во Христе, это плач надгробный. Изменение характера, хотя и не так чувствительное, заметно во всех преложениях знаменного напева и других церковных древних напевов. В некоторые преложения трудившиеся в них внесли свой характер, уничтожив совершенно церковный характер: в них слышна военная музыка, как, например, в «Благослови душе моя Господа», коим начинается Всенощная. От чего так? От того, что преложение совершалось под руководством военного человека, человека вполне светского, образовавшего свой вкус по музыке антицерковной, вносившего поневоле, по естественной необходимости свой элемент в элемент чисто церковный знаменного напева.

Знаменный напев должен оставаться неприкосновенным: неудачное преложение его знатоками музыки доказало эту истину. От всякого преложения характер его должен исказиться. Старинную икону не должно покрывать новыми красками, оставляя неприкосновенным ее рисунок: это было бы искажением ее. Никакой благоразумный человек, знающий отлично иностранные языки, не решится на перевод с них математической книги, не зная математики. Отчего же не придержаться того же благоразумия относительно церковного пения тем знатокам музыки, которые чужды благодатного духа Церковного, даруемого Богом за глубоко благочестивую жизнь. Таково суждение не какого-либо частного человека, таково суждение Православной Церкви. Святый Дух возвестил, что песнь Господня не может быть воспета на земли чуждей (Пс. 136, 4). Неспособен к этой песни не только сын мира, но и тот глубокоблагочестивый христианин, который не освободил еще от ига страстей своего сердца, которого сердце еще не свободно, еще не принадлежит ему, как порабощенное грехом. Неспособен еще к тому тот, кто на поприще христианского подвижничества, весь день сетуя ходит, т.е. находится еще в постоянном созерцании греха своего и в плаче о нем, во внутренней клети которого еще не раздался глас радования, радующийся в духовных селениях праведников. Кто ж способен воспеть песнь Господню? В чьей душе она может родиться в утешение и наслаждение той душе, в утешение и наслаждение всей Православной Церкви?

Св. Иоанн Дамаскин “О ЕРЕСЯХ ВКРАТЦЕ»

Откуда они начались и почему произошли.

ВСЕХ ересей матерей и первообразов четыре, именно: и) варваризм, 2) скифизм, 3) эллинизм, 4) иудаизм. От них произошли все остальные ереси.

1. Варваризм: ересь, которая сама по себе продолжалась от дней Адама до десятого рода, (до времен) Ноя. Варваризмом же она названа потому, что жившие в то время люди не имели у себя какого-либо вождя или одного согласия, но то, как каждый распоряжался собою, в предпочтении своей воли, служило для него законом.

2. Скифизм: от дней Ноя и в последующее время до построения столпа вавилонского и после столпотворения в течение немногих лет, т.е. до Фалека и Рагава. Некоторые, уклонившись в страну Европы, поселились в области скифской и присоединились к тамошним племенам со времен Фираса, от которого произошли фракияне, и позднее.