Читаем o bae5185ab1389b8b полностью

регламентированы не менее жёстко чем в армии. Но к этому Глебу привыкать не пришлось.

А вот отсутствие знаков различия на униформе окружающих его гражданских здорово

осложняло жизнь. Не говоря уже о том, что он понятия не имел, в каком чине сам теперь

находится. На серой спецовке имелся лишь круглый шеврон с надписью "КОМПОЗИТ" и

бирка с краткими личными данными, где, помимо имени, фамилии и группы крови, значился

лишь порядковый номер "26". Документов о демобилизации никто не предоставлял, а в

Уставе порядок взаимоотношений с гражданскими не был прописан. Потому первое время

научным сотрудникам приходилось нелегко. Впрочем, юнцов среди персонала не

наблюдалось, и Глеб, после недолгих колебаний и инцидента со сломанной рукой одного из

лаборантов, принял за истину, что все местные гражданские - офицеры. По-своему, конечно.

Ну, или сержанты, как минимум. А кроме того, сделал необходимую поправку на хрупкость

их костной ткани, при возможных физических контактах.

Отсутствие нормальных - то есть себе подобных - людей огорчало Глеба. Даже

ненавистные гвардейцы больше не попадались на глаза. Вся охрана научно-

исследовательского комплекса состояла сплошь из задохликов в чёрной униформе

вооружённых жалкими пистолетиками по размеру едва тянущими на половину штатного

ПА-7. Каждый раз, видя торчащую из кобуры крохотную рукоять, Глеб невольно улыбался,

представляя себе Крайчека или Зуева, пытающихся приладить эту фитюльку в своей

огромной лапище. Палачу-наставнику и ПА-7-то был мелковат. У высшей когорты

штурмовиков на вооружении стоял H&K-25 "Гром" - тяжёлая модификация версия и без того

немаленькой "двадцатипятки". Двухкилограммовый агрегат калибра двенадцать

миллиметров имел магазин на двадцать пять патронов, и если повесить его на пояс

гражданскому, "Гром" смотрелся бы примерно как ПА-7 на восьмилетнем ребёнке.

С того момента как убыли гвардейцы Симагина, пригодных для военной службы людей

Глеб видел лишь дважды. И оба, судя по серой спецовке, как на нём самом, так же

исполняли роль подопытных.

Первого - невысокого смуглого крепыша - Глеб встретил на четвёртый день пребывания в

стенах НИКа. Знакомство было мимолётным, и всё, что удалось разглядеть, кроме неброской

внешности - порядковый номер "8". А вот второго Глеб рассмотрел хорошо. Заметил издали, лёжа с запрокинутой головой. Да и как было не заметить? Гигант под два тридцать ростом

едва помещался в коридоре, цепляя стену широченными плечами и сопя так, что стеклянная

перегородка лаборатории теряла прозрачность, запотевая.

Старший Брат. Глеб слышал о них, но никогда прежде не видел, даже на фотографиях.

Звероподобные солдаты Железного Легиона - родоначальника новой государственности,

давшего ход объединению народа и земель в конце прошлого века, положившего конец

смутным временам. Генетически модифицированные бойцы, наделённые невероятной силой

и не чувствительные к боли. Настоящие живые танки, способные нести тяжёлую броню,

защищавшую их от большинства видов тогдашнего стрелкового оружия. Они были царями

битвы, опустошавшими мятежные города, повергавшими врага в ужас и отчаяние. Но с

началом "ресурсных войн" время Старших Братьев ушло. Огромные и неповоротливые они

стали лёгкой целью для противника, вооружённого крупнокалиберными винтовками и

пулемётами. В конце концов, на смену утратившим былые преимущества Старшим Братьям

пришли БИВни.

Бойцы Искусственно Взращённые. Эти, в отличие от своих легендарных

предшественников, особой мощью похвастать не могли, да и в интеллекте сильно уступали.

Но у них был другой козырь - период воспроизводства составлял всего два с половиной

года, против шестнадцати лет для Старшего Брата. Однако и срок жизни у БИВней был

недолог. Да им много и не требовалось. Полуразумные твари, напоминающие крупных -

килограммов под сто двадцать - приматов, хорошо справлялись только с одной ролью -

пушечного мяса. Чаще всего их, под самые брови накачанных эпинифрином, забрасывали в

тыл врага, чтобы сеять панику и хаос в преддверии атаки основных боевых частей. Потери

обычно составляли семьдесят-восемьдесят процентов. А те БИВни, которым

посчастливилось выжить, в большинстве своём становились непригодны для дальнейшего

использования. Наспех сформированная психика плохо справлялась с экстремальными

нагрузками. Часть недавних союзников уничтожалась на месте, занявшими территорию

войсками. Но потери быстро восполнялись непрерывно работающими в тылу БИВ-фермами.

Производство "солдат-бройлеров", поставленное на поток не хуже тушёнки, давало

ежемесячный приплод от восьмидесяти до ста тысяч боевых единиц - выносливых,

быстрых, способных вести огонь из стрелкового оружия и выполнять элементарные

приказы. Если верить официальной пропаганде, БИВни ежегодно спасали миллионы жизней

граждан ЕС, отдавая свои. Но тот, кто видел их в деле, понимал, что эти заявления имеют

мало общего с действительностью.

Уж до Старших Братьев, - рассуждал Глеб, - им по эффективности точно было, как до

Луны. Жаль, что "ходячие танки" ушли в историю.

И - кто бы мог подумать?! - вот он! Живое воплощение мощи, легенда! Стоит в трёх