Читаем Нульт полностью

Тут-то Зиро и понял, что серьезно влип. Теперь он понял, чего Аи глюканула на складе. Кроме того, он припомнил, что всю прошлую неделю, пока он пиратствовал в Сети, он чувствовал странное покалывание в сенсорном костюме. Его кто-то ощупывал, а он не придал этому значения. Попался, как лох. Какие-то там Казимировы хлопцы поимели его всухую. Черт побери, дался мне этот Меч, подумал Зиро.

– Я не хочу в этом участвовать, – наконец выдавил он из себя. – Эта затея – чистое самоубийство.

– Самоубийством будет твой отказ сотрудничать, – холодно произнес Казимир. – Вот это самоубийство. Я лично против тебя ничего не имею, Зиро, но теперь ты слишком много знаешь. Если ты откажешься сотрудничать, он, – Казимир кивнул на Семь Самураев, – попрактикуется в отрубании голов.

Семь Самураев попробовал эту идею на вкус и довольно оскалился.

Черт-черт-черт, думал Зиро. Что же делать?

– Я не люблю людей заставлять, – продолжал Казимир. – Это контрпродуктивно. В любом деле важна личная заинтересованность. Я готов поделиться с тобой данными. Можешь взять двадцать процентов, на свой выбор. Представь, какие это огромные деньги! Разбогатеешь! Да с такими бабками даже можно будет из В8 уехать! Задолбало, небось, болотце-то родное?

На пулю в голову я разбогатею, подумал Зиро. Смятение и растерянность уступили место злобе.

– Значит, деньги, – процедил он. – Борец, значит, за идею. Данко, блядь, с горящим сердцем навынос! Сколько же нужно жрать человеку, чтобы нажраться? Тебе что, бабок мало?! – Зиро пихнул коробку с деньгами ногой, она стояла на полу, на расстоянии удара. На пол посыпались пачки валюты.

– Бабки? – удивленно поднял бровь Казимир. – Я разве что-то говорил про деньги? Ты прям как москаль, Зиро, – сказал он укоризненно. – Одна извилина в башке, и та все время о бабле думает. Деньги меня не интересуют.

– А что же тебя, мать твою, интересует?!

– Правда, – коротко ответил Казимир. – Свобода. Историческая справедливость. Я хочу уничтожить Россию. Освободить угнетенные кацапами народы. Сбросить с их шей удавку энергетического рэкета Москвы. Раз и навсегда покончить с москальским игом!

– Бог в помощь, – ядовито сказал Зиро. – Я, в принципе, за. Я их тоже не люблю. Но при чем здесь данные из восьмого? Они только В8 касаются. Ты ничего не путаешь?

Казимир, кажется, не заметил сарказма. Он вскочил и возбужденно начал прохаживаться перед Зиро взад-вперед. Похоже, амфетамин подействовал.

– Я долго терпел, – сбивчиво заговорил Казимир, размахивая «перначом». – Я слишком долго молчал. Но этот праздник стал последней каплей! Верхушка Иглы давно думает только о себе! Они предали все, что нам дорого! Нам всем плюнули в душу! Комитет продал нас москалям! Они превратили Воркуйск в цифровую шестерку Кремля. Теперь мы отвечаем за идеологию. Это мы создаем в москальских телевизорах образ счастливой свободной державы. Кремль ворует сырье, комитет ворует информацию – и они покрывают друг друга. Москва не дает внешнему миру свернуть нам шеи, а мы за это оболваниваем москальское быдло, чтобы оно не свернуло шеи им самим. Власть Кремля держится только на воркуйском телепиаре. На той лжи, что рендерят наши сверхмощные компьютеры. Иголка затуманила мозги миллионам! Чтобы сломать эту долбаную вертикаль, надо захватить телевидение! Этим мы и займемся. Кодовое название нашей операции – Новый Прометей.

Про план «Прометей» Зиро что-то слышал. Кажется, так назывался план польской разведки по расчленению молодой Советской России на отдельные мелкие государства. Тогда эта задача полякам оказалась не по зубам.