Читаем Новый Мир ( № 3 2012) полностью

ГоворитЮрий Кублановский:“Я рад, что не пролилась кровь и не восторжествовала революция — ни в подавленном (а следовательно, особенно героическом), ни в победившем виде. Ведь история показывает, что революция обязательно нуждается в жертве. Власть в целях самообороны применяет силу, появляются жертвы, и похороны „жертв революции”, как правило, становятся следующим этапом ее развития с экзальтацией, истерией и новой волной насилия. Вспомните, в дни Февральской революции истерия была всеобщей, все христосовались, хотя до церковной Пасхи оставалось больше месяца. Поэты Блок и Белый с красными ленточками прибежали в модный питерский дом супружеской пары Мережковского и Зинаиды Гиппиус. „Христос Воскресе!”, „Россия Воскресе!” Все радовались и лобызались. А уже через два года Блок сошел с ума, остальные с риском для жизни бежали на Запад. Так что митинги митингами, а голову трезвой сохранять надо”.

Литература или мумия?Поэт Алексей Кубрик считает, что сейчас в искусстве слишком много неискусства. Беседу вел Игорь Дуардович. — “НГ Ex libris”, 2011, 8 декабря.

ГоворитАлексей Кубрик:“Нельзя ничего написать отдельно от Пушкина или Мандельштама. Ты все равно пишешь в том же „пространстве”, где стоят лучшие книги. Есть такая знаменитая статья „Колеблемый треножник”. О том, что скоро уйдут люди, которые понимают Пушкина, скоро уйдет воздух… Совсем случайно Ходасевичу (автору статьи) ответил Мандельштам: „Поэт — существо вневременное…” А до Пушкина ведь все равно пять рукопожатий. У меня до Пушкина четыре. Я до сих пор помню все нюансы той встречи, когда я жал руку Анастасии Цветаевой. Даже то, что схватывалось только боковым зрением. Это было похоже на инициацию. Важно, кто тебе открывает твою „чтойность”. Одно дело, когда твои стихи будут оценивать сокамерники по общежитию, а другое дело, когда тот, кто состоялся как поэт, попытается связать хотя бы пару слов, чтобы тебе что-то объяснить”.

Андрей Мирошниченко.Река уже изменила русло. Газеты обречены, но журналистика переживет СМИ. — “Независимая газета”, 2011, на сайте газеты — 27 декабря.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стилист
Стилист

Владимир Соловьев, человек, в которого когда-то была влюблена Настя Каменская, ныне преуспевающий переводчик и глубоко несчастный инвалид. Оперативная ситуация потребовала, чтобы Настя вновь встретилась с ним и начала сложную психологическую игру. Слишком многое связано с коттеджным поселком, где живет Соловьев: похоже, здесь обитает маньяк, убивший девятерых юношей. А тут еще в коттедже Соловьева происходит двойное убийство. Опять маньяк? Или что-то другое? Настя чувствует – разгадка где-то рядом. Но что поможет найти ее? Может быть, стихи старинного японского поэта?..

Александра Маринина , Геннадий Борисович Марченко , Александра Борисовна Маринина , Василиса Завалинка , Василиса Завалинка , Марченко Геннадий Борисович

Детективы / Проза / Незавершенное / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Полицейские детективы / Современная проза
Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза