Читаем Новый Мир, 2000 №04 полностью

Новый Мир, 2000 №04

Мемориальный серебряный стерженьрва вместе с лебедем, как его Фидийвысек, от плющенья в лезвие сдержансумраком парка. И все это видетьнекому. Нет никого, кто б заметил —лучше сказать, кто б узнал, — этот зяблыйоттиск июльской Вселенной: на местенет никого, кому я показал бы.Разве что кто-то невидимо дальнийхочет любить эту воду и птицу,так же, как я, и держать это втайне,так же, как я, сорок лет или тридцать —кто-то, кто видов, изъятых из тленья,ищет — куда ему выдало паспортновое, мне незнакомое племя,в гербе которого русло и ястреб.

II

Остывала скала, как слоеный пирог,и разряженный лес наступал,как слепой, натыкаясь клюкой на порог,и, как дети, шумел водопад.На пути черепаха стояла, спеша,я ее перенес на травуи услышал, что чья-то сказала душа —не моя, — что еще я живу.Или это был дух? Ведь вокруг ни душия не видел. А может быть, вздох?«Жив», — сказал — и прибавил кому-то: «Глуши».Цвету, что ли? Но цвет не заглох.Он стоял в форме купола, панциря, призм,синий, рыжий, какой-то еще.Как виденье слепого. Как собственно жизнь.Жизнь. И слава. И осень. И всё.

* * *

Что говорят к концу? Что земля есть плавноетело; что Рим и Иерусалимне уступят один другому ее; но главное,что она организм и он неделим.Что еще? Что арбе, поворачивая,ни на миг не сменить направленья колес,и поэтому то, что в земле есть горячего,роет две борозды по образчику слез.Что же в ней есть холодного, то — гармония:стадо холмов и мышц посреди колоннадребер и рощ; связь их все церемоннее —кожа скрывает жар, но сама холодна.То — рудники и магма, а это — дерево,сложенный, как собор и скала, кипарис,для которого солнце, садясь, отмериваетпод колокольню верх и под шахту низ.Стало быть, не обязательно, что что искусственно,то неестественно. Просто жерло утрат,свет поглощая, всхлип испускает — устноеслово, то самое, что к концу говорят.Что говорят? Что говорят — то теряетсяв шуме воздуха. Говорят, что земля —это пауза и она повторяется,как двойная прерывистая колея.

* * *

Если, маленькая кукушка,ничего мне не прокукуешь,это значит, что очень скорокуковать ты будешь напрасно —все равно тебя не услышу.

Найман Анатолий Генрихович родился в 1936 году в Ленинграде. Поэт, прозаик, эссеист. Живет в Москве. В № 10 «Нового мира» за 1997 год был напечатан его роман «Б. Б. и др.», получивший редакционную премию.