– Будь осторожнее, – напряженный голос вырвал девушку из мыслей. Она тоже напряглась, внимательно слушая. – Не ходи туда без надобности, это заледеневшее озеро.
– Что это!? – вскрикнула от удивления Алия, не следя за громкостью сказанного.
Озеро? По спине пошли мурашки. Теперь все выглядело еще более величественно. Она и вправду перепугалась, занервничала, начиная теребить пальцами кожаную обивку чемодана. Никогда она такого не видела. Для нее озера были чем-то маленьким, куда когда-то она ездила летом с бабушкой. Безопасная, хоть и волнительная вода. А эта показалась ей опасной и кровожадной. Все тут кричало ей о том, что стоит возвращаться. Но чемодан наседал:
– Иди дальше, куколка. А я тебе что-нибудь расскажу, – и увидев, что девушка все еще в смятении, более громко подогнал ее: – Ну же, давай!
Алия от такого приказного тона подпрыгнула и засуетилась, продолжая идти уже вдоль этих замерзших ледников, стараясь не смотреть туда лишний раз. Словно бы озеро начало бы смотреть на нее в ответ.
– Ну, смотри, – как только она зашагала, протянуло существо, что смогло отвлечь Алию от тревоги, – что я могу тебе рассказать… Бабушка, твоя, к примеру, в молодости была такая же шебутная, как и ты! Помню ее еще твоего возраста.
– Бабушка? – в недоумении Алия открыла рот. Точно, бабушка же должна быть знакома с Маркусом.
-«Должна была» – поправила сама себя Алия. Глаза стали мокрыми от этого, а пальцы еще сильнее начали ковырять сумку. Но Маркус этого не заметил, и от этого девушка облегченно выдохнула, стараясь сосредоточиться на чужом рассказе. Сейчас не место и не время давать волю эмоциям.
– Бабушка, бабушка. Анастасия. Была еще ниже тебя, когда мы встретились. Правда, чуть постарше. Может, лет на пять. Она тогда еще несмышленая была, молодая совсем. Время и вправду делает людей мудрее.
– А как вы познакомились? – попыталась осторожно выспросить Алия. Она все еще не опускала попыток докопаться до той истины, которая известна ее попутчику. К тому же, это помогало. Алия заметила, что руки перестали скрупулёзно стараться найти что-то, за что можно зацепиться.
– А тебе все так и расскажи, куколка! – смеючись, возмутился чемодан.
Это разозлило.
Алия и не заметила, как скорбь, сковавшая ее сердце парой минут назад. Теперь превратилась в гнев на Маркуса. Если бы он сейчас рассказал ей про бабушку, стало бы легче! И она выкрикнула:
– Ты…Вещь проклятая!
– Эй, не-не-не. Так у нас с тобой разговор точно не пойдет. Я Маркус, а не «чемодан» или «вещь». Если хочешь что-то узнать, так и говори со мной, как с человеком, который что-то знает. Я не какой-то твой фамильяр или артефакт.
Алия задумалась. Хотелось возразить, закричать, начать конфликт. Вместо этого она произнесла:
– Извини, «Маркус», продолжай – с пренебрежением, сквозь зубы и посильнее сжимая ручку чемодана.
Ответы сейчас были для нее важнее, чем ее личное отношение к этому «Маркусу». За душой она продолжит называть его чемоданом. Сейчас он знал больше, чем она сама, мог рассказать то, что поможет ей разобраться, и эта крупица, хоть и ненадежных, знаний, ей была нужна очень сильно. Потому Алия сейчас смиренно шла дальше, ничего не видя, наступая почти по колено в огромные сугробы.
– Отлично, куколка!
Зубы от этого прозвища заскрипели, но девушка это пропустила, стараясь быть любезной.
– Так вот, бабушка твоя. Как познакомились я тебе сейчас не скажу точно, но была она тем еще книжным червем! Не то что ты, – снова со смехом проговорил он. – Интересовалась тем, что я такое, изучала досконально. Конечно, для их поколения это было свойственно, и все же!
– Для их поколения? Говоришь, как древний старик, – прыснула Алия, хотя на ус себе это намотала.
– А что? Хочешь сказать, не прав? Они были другими, еще до всего произошедшего. Это у вас не было книг о магии, а у них в те времена…Это было отдушиной.
Голос чемодана показался слишком натужным и горестным, но Алия не решилась спрашивать от чего. Себе дороже. Кто же знает о чем он думает? А так, рассказывает хоть что-то, и то хорошо.