Так, стоп, нет! Рвано дыша, подрагивая от ужаса и хлынувшего в кровь адреналина, притормозила у самой двери, выпрямилась и дрожащей рукой развернула висящую табличку «Открыто» на «Закрыто». Далее чинно шагнула за порог и твердой походкой двинулась в сторону ближайшего проулка. Никто не должен видеть меня убегающей прочь, никто! Если люди вокруг что-то заметят и решат меня задержать, мне конец!..

От пережитого я боюсь упасть в обморок! Воздух вырывается из легких с натужным рваным хрипом, перед глазами все дрожит и плывет – я не могу сконцентрировать взгляд ни на чем, кроме угла ближайшего дома. Колоссальным усилием воли заставляю себя идти ровно и плавно, с дичайшим напряжением напускаю на себя личину спокойствия и полнейшего умиротворения. Мне нужно за угол, в ближайший проулок, скрыться от глаз возможных свидетелей, уйти как можно дальше от места своего страшного преступления…

Убийца!

Глубоко и судорожно дышу, стремясь унять тревожную дрожь тела и низкий гул в ушах. Один шаг, второй, третий, семнадцатый. Все!

Никем не замеченная, шмыгнула в ближайший проулок, ускорила шаг и направилась куда-то вглубь города.

Глава 5

По городу блуждала не менее пары часов.

Какое-то время не могла думать ни о чем, кроме своего натужного рваного дыхания и бешеного стука сердца в ушах… А еще пыталась сбежать от единственной назойливой мысли. В голове словно скандировали: «Убийца! Убийца! Убийца!..» Все это время ноги сами несли неизвестно куда – я просто хотела уйти как можно дальше от главной площади, от той злополучной булочной, что за своим благообразным фасадом скрывала окоченевшее тело в луже сладкой воды…

Остановиться смогла, лишь поняв, что на улице начало темнеть. На оживленных проспектах стали зажигаться первые фонари. В местах, где освещение пока не включили, растения начали приглушенно светиться, так что все вокруг таинственно мерцало… И это выглядело бы просто волшебно, если бы я в своем состоянии могла хоть что-то воспринимать и чему-то удивляться…

После случившегося наступил неумолимый откат, адреналин схлынул, по телу разлилась противная слабость, а в животе образовался неприятный ком тянущей пустоты. Надо бы скорее уйти из города, нужно бежать… бежать, как крыса, от правосудия, от ответственности, от себя.

Не могу! У меня просто больше нет сил. Устало рухнула на ближайшую свободную скамейку, что стояла под раскидистым цветущим деревом вдоль тротуара.

А собственно… так ли уж я виновата? Ведь это же не я приложила Кренделя об пол – он сам поскользнулся!.. И да, в это время я замахнулась на него тяжеленным кассовым аппаратом, но ударить-то так и не успела. К тому же, если бы все сложилось иначе, Крендель бы меня просто изнасиловал, а потом оставил умирать в ледяной подсобке… Быть может, он насиловал бы меня постоянно, а в перерывах заставлял бы на себя работать… В любом случае живой из булочной я бы точно не вышла, и последние мои дни были бы ужасными… Так зачем же я убиваюсь? Честное слово, тут радоваться надо! Одним мерзким подонком на земле стало меньше…

Другое дело, что в полиции мне, скорее всего, не поверят, обвинят в смерти «почтенного гражданина» и отправят куда-нибудь в тюрьму или на каторгу… Ну или сразу к палачу на эшафот… Так что да – нечего рассиживаться, нужно вставать и спешно валить из города. Будем надеяться, что до утра Кренделя не хватятся, а уж потом… А потом мне нужно быть далеко отсюда! Но эта слабость… Ох уж эта слабость. Тут все навалилось – и ужас пережитых событий, и мое состояние общего истощения, и колоссальная усталость, и то обстоятельство, что в первый и последний раз я нормально ела более суток назад…

Устало потерла глаза кулаком, интуитивно пытаясь взбодриться, но… Так, стоп! Потрясенно поднесла кисть к расширившимся глазам. Я думала, что утратила способность чему-то удивляться? Боже, как же я ошибалась! Я на миг даже о смерти Кренделя забыла!.. Дело в том, что вот уже много лет у меня имеется небольшая полоска огрубевшей кожи между большим и указательным пальцем… Наверное, это следствие какого-то заболевания или нехватки витаминов, наверное, мне нужно было бы давно обратиться к врачу, но… но это пятнышко никогда не причиняло никакого неудобства, да и по врачам ходить я не люблю, так что… так что почувствовать огрубевшую кожу я сейчас была просто обязана!

Так вот, при ближайшем рассмотрении оказалось, что никакого пятнышка на кисти у меня нет! Озаренная внезапной догадкой, медленно развернула руку и уставилась на тыльную сторону предплечья – там должен быть еле заметный шрамик от столкновения пятилетней меня с раскаленным утюгом, но… нет! Привычного и родного шрама не было! Ни мелкого следа от ветряной оспы, ни единого волоска на руках и ногах!!! Все то, к чему я давно привыкла и просто перестала замечать… всего этого у меня больше не было! Я просто не обратила на это внимание раньше, потому что… да потому что это просто невероятно! Такого просто не может быть!..