Читаем Новый Мир ( № 1 2012) полностью

Было еще совсем не поздно: наверно, девять по Москве, здесь, соответственно, десять. Ни плана города, ни карты у меня не было. Чтобы не заблудиться в узких улочках Ичери Шехер, я выбрал самую широкую и прямую улицу, пошел по ней. Свет редких фонарей и настенных ламп, стилизованных под нефтяные светильники — чирахи, ложился на булыжники мостовой то серебряной, то золотистой паутиной. Кое-где в окнах горел свет. Здесь жилье явно было элитным, и окна казались задраенными. Пару раз я видел вывески сувенирных магазинов. Вывеску отеля. Старый город был комфортно обустроен и напоминал скорее хорошо продуманный туристический объект, чем настоящий восточный город — темные ночные, густо заселенные людьми лабиринты старой Бухары. Вынесенные наружу кондиционеры и пластиковые водопроводные трубы сильно портили ощущение подлинности старины. Потом я увидел черный провал, боковой проход, уходящий в темноту, и немедленно шагнул туда. Ощущения опасности не было. Я чувствовал это очень хорошо: тем вечером в городе не было никакой опасности для меня. Город был ко мне благорасположен. В конце темного прохода оказался двор, завешанный постиранным бельем на веревках. На стене, вымазанной чем-то белым, чернела стрелка, рядом была надпись, сохранившаяся с советских времен: «Лепка». Кружок лепки для детей. Теперь его и в помине нет, конечно.

Канализационные трубы были выведены прямо на стену. В них булькала вода. Видимо, их провели недавно. Высоко в небе, зацепившись за ветку дерева, болтался кусок полиэтилена, отражая то красный, то зеленый отблески. Жизнь была близко, жизнь готова была проявиться, пробиться наружу, ко мне: скрипнула затворяемая дверь, за окном послышался женский голос…  Я постоял в углу двора. Никто так и не появился. Я настроил аппарат на режим ночной съемки и сделал первый кадр. Вернул режим просмотра, чтобы увидеть, что я снял в этом дворе, и вдруг вздрогнул: в темном правом углу кадра стояла девушка. Та девушка из самолета. Я быстро оглянулся: никого не было. Ни вздоха. Ни дуновения. Посветил голубоватым экраном дисплея туда, в темный угол. Слабый свет лунными дольками отразился в кошачьих глазах, кошка шмыгнула куда-то и растворилась в темноте. Я сделал несколько шагов, прозвучавших неестественно громко. Двор был замкнут, девушке некуда было бы отступить, разве в проем приоткрытой двери за ее спиною…