Читаем Новый Мир ( № 1 2012) полностью

Но вот наконец и отель. Внизу еще открыт бар, и там, конечно, все те же американцы. Боб и сотоварищи. Все как из одного стручка. Пиво и чипсы. Много пива и чипсов. Я присаживаюсь у стойки. В баре тоже полумрак, отель экономит свет. Несмотря на поздний час, американцы громко разговаривают и хохочут. Боб хохочет так громко, что, не удержавшись, падает вместе со стулом. Стул, конечно, вдребезги. Еще бы, туша этакая. Но сам Боб цел, только трясется от смеха еще сильнее. Он тяжело поднимается, оглядывается, хочет взять другой стул, но передумывает. В нескольких шагах от него стоит черное кожаное кресло рядом с журнальным столиком. Это в нем перед ужином спали пацан со своим щенком. Боб двигает кресло к своему столу. Американцы одобрительно хохочут. В полумраке мне кажется, что я вижу, как на кресле что-то шевелится. Мне приходит в голову, что пацан мог оставить своего щенка здесь. Я приглядываюсь, но слишком темно. Тогда я встаю и иду к столу американцев. Боб уже придвинул кресло, его необъятный зад нависает над сиденьем и медленно-медленно опускается.

— Эй! — кричу я, но движение уже началось, инерция слишком сильна, он не обернется, пока не сядет, а я не должен этого допустить. — Эй!!! — ору я и бегу к нему.

Я вижу, как американцы испуганно замолкают и глядят на меня, я вижу, как громадный зад опускается, заполняет собой кресло, и чувствую, физически чувствую ужас этой безысходности, как будто сам смотрю на приближающийся зад с сиденья кресла, чувствую, как воздуха и света становится все меньше, и тут на меня наваливается эта гора мяса, и я кричу, но ничего не выходит, я не могу пошевелиться. Я вытягиваю лапы, стараясь оттолкнуть смерть от себя, но меня вжимает все глубже, что-то хрустит в груди, нечем дышать, нечем… И в тот же момент я врезаюсь в Боба и изо всех сил молочу руками по этой американской туше, я стремлюсь перевернуть его, опрокинуть, и Боб начинает визжать, закрываться ладонями и, наконец, вываливается из кресла и падает на четвереньки. Я шарю руками по креслу, но ничего не могу нащупать.

— Включите свет! — ору я и все шарю, шарю, но уже понимаю, что нет, нет никого и, видимо, никого и не было. — Но ведь мог быть, — говорю я, тяжело дыша и оглядывая замершие кривые лица американцев, — ведь мог быть, так?

Никто не отвечает, только испуганный Боб стонет под столом. И в этот момент прибежавший на шум работник отеля наконец включает свет.

Часть 6. ПЕТЬКА ЛЫСЫЙ