Читаем Новый Мир ( № 1 2012) полностью

— Здесь все его знают, — отвечаю, словно нехотя. — Все ему даем.

— Он что, бездомный, бомж, да? — не унимается она.

Вот и славно. Поговорить я всегда рад. Особенно когда пассажирка симпатичная.

— Там, знаете, возле стадиона центральная теплотрасса проходит, — говорю я, — ну трубы-то теплые, он там, в люке, и живет. Не мерзнет вроде. Говорят, история с ним была, — начинаю ее раскручивать. — Темная какая-то история. Ну я сам точно не знаю, но раз говорят…

— Что за история? — нетерпеливо переспрашивает она. Любопытная.

— Да, говорят, он кого-то… топором, это… — Я взмахиваю рукой и резко опускаю ее.

Она вскрикивает. Я молчу. Она не выдерживает:

— И кого же?

— Да точно не знаю, — говорю я, — не хочу наговаривать на человека.

Тяну паузу.

— Но вроде бы свою же дочь.

Она вскрикивает громче.

— Бац! — говорю я и снова делаю то движение.

Тормозим на перекрестке. Она оглядывается, как будто старик может нас догнать.

— Вас как зовут-то? — спрашиваю я, глядя на нее в зеркало.

— Людмила, — отвечает она.

— А ее, говорят, Ирой звали, — продолжаю я и снова выдерживаю паузу. Но она и так уже на крючке. Глазами огромными на меня смотрит. Красивые глаза, ничего не скажешь. — Так вот, рассказывают, что жили они вдвоем в центре, в большой квартире. У старика жена померла, когда дочка еще ходить не научилась. Черт его знает, что с ней — с женой — произошло, да только старик дочку сам воспитывал. Любил ее без памяти. Старик-то — бывший партийный работник, при деньгах, на дочку не жалел. Все у нее было, ни в чем не нуждалась. Красавица, говорят, выросла. Черноволосая, смуглая, глаза такие, что взгляд не отвести… ну как у вас. — Комплимент грубоватый получился, но я доволен, вижу, что она смутилась. — Да только с характером девчонка была. То ли старик избаловал, то ли, наоборот, женской ласки не хватило в детстве, уж и не знает никто, но такие истерики отцу закатывала, что весь квартал слышал. Вы что-то сказали?

Пассажирка моя головой мотает, мол, нет-нет, я слушаю. А у самой грудь вздымается, румянец на лице выступил. Страстная женщина.