Читаем Новый Макиавелли полностью

Гордон очень носился с собственным заявлением, что фактически руководит всей внутренней политикой Британии, словно этакий особый, «внутренний» премьер; в действительности очень многие аспекты внутренней политики его не интересовали совершенно или же интересовали постольку, поскольку позволяли застопорить реформы Тони Блэра. Все десять лет, что Тони занимал премьерское кресло, Гордон твердил о наличии предметов, обсуждать которые правительству не пристало. К этим предметам он относил преступность и иммигрантов. Стоило Тони запланировать речь о преступности или иммигрантах, как Гордон, Эд Болле и Эд Милибанд принимались его отговаривать. Приводили железный аргумент: дескать, пускай консерваторы это обсуждают, не будем вторгаться на их территорию. Напротив, убеждал Тони: в условиях спада безработицы такие темы, как преступность и предоставление убежища иммигрантам, вышли на первый план, нельзя их игнорировать. Гордон не соглашался. Казалось, он всерьез полагает, будто замалчиванием проблемы можно от нее избавиться.

В июне 2006 года на Даунинг-стрит, 11 Гордон организовал сессию с Альбертом Гором и просмотр фильма о климатических изменениях[99] — и очень расстроился, обнаружив, что мероприятие совпадает по времени с заседанием в Кабинете министров Комитета по защите окружающей среды, а значит, ни один министр не придет. Тогда мы перенесли заседание, министры явились на киносеанс, откуда проследовали прямо в Кабинет. Под впечатлением от фильма они дружно решили поднять планку урезания углеродных выбросов с предполагаемых четырех миллионов тонн до десяти с половиной миллионов тонн. Гордон взвесил последствия для экономики, напрягся и тотчас попытался изменить решение министров. Дэвид Милибанд, тогдашний глава Министерства окружающей среды, опомнился, подумал о Номере 10 и стал убеждать нас сопротивляться Гордону. Мы вняли. Однако Дэвид сам дал слабину и пошел на компромиссные восемь миллионов тонн. Забавно, что Гордон с тех пор использовал эти восемь миллионов тонн с целью показать: он, Гордон, — «зеленее» всех остальных членов Кабинета.

Впрочем, истинный талант Гордон проявлял не в стратегии, а в политической тактике. Совещания по разработке стратегии, на которых он председательствовал, обычно сводились к обсуждению, какую инструкцию запустить с завтрашнего дня или какую мини-инициативу предложить на следующей неделе. О проектах с долгосрочной перспективой речи не шло. В 2000 году Тони, в качестве одного из шагов к восстановлению дружеских отношений с Гордоном, попросил его разработать правительственную стратегию. Минуло несколько месяцев, в течение которых Тони не уставал повторять свою просьбу. В феврале 2001 года бумага наконец вышла из-под Гордонова пера. И что бы вы думали? Максимум, на что хватило Гордоновой фантазии, — это слоган «работать на благо семей рабочих», кстати, затасканный еще Клинтоном и другими демократами. Гордон не признавал середины между двумя крайностями — либо разражался абстрактной идеей, либо вдавался в подробности политических тактик. Вторую крайность отлично иллюстрирует кампания Гордона в защиту «британскости». Кампания получилась «двухуровневая». Первый уровень — интересная тема для беседы без всяких там политических ответвлений: каковы они, обитатели Британских островов; чем отличаются от других людей? Второй уровень — неприкрытые политические притязания: почему бы, регрессу вопреки, не выбрать следующим премьером шотландца? А вот что в этой кампании отсутствовало, так это политическая проницательность относительно изменений в стране. Гордон питал непреодолимую страсть к сложным выражениям (любил показать свою образованность); однажды, еще в оппозиции, Гордон по совету Эда Боллса стал говорить о «новой теории эндогенного роста». В результате Майкл Хезелтайн высмеял его на ближайшей конференции консерваторов — сказал, что Гордон поет со слов Боллса.

Гордон регулярно выбивал Тони из колеи заявлениями, что правительство «не занимается политикой». С той же частотностью Гордон сетовал, что «Номер 10 снова напортачил с последним успешным бюджетным планом». Не будучи «охваченным», Гордон твердил Тони, что все летит в тартарары (особенно он эксплуатировал эту фразу в период предвыборных кампаний); когда же вероятность провала действительно наличествовала, Гордон делал все, чтобы не дать повода для обвинений в адрес своей персоны. В 2006 году он сообщил СМИ, что Номер 10 не допустил его до местных выборов; на самом деле мы всячески старались вовлечь Гордона, но его помощница Сью Най сказала «нет» от его лица. Когда Гордону не удавалось поставить на своем, он бунтовал; например, отказался участвовать в местных выборах 2003 года, заявив, что с ним не посоветовались. В 2004 году Гордон присутствовал лишь на пресс-конференциях, посвященных экономическим вопросам. В 2007 году, имея шансы стать лидером партии, полностью пренебрег выборами с единственной целью — в случае провала не нести ответственность за таковой.