На четвертой странице говорится, что «мы будем лидировать с помощью всех инструментов американского могущества. Наше влияние является наиболее великим, когда мы комбинируем наши стратегические преимущества. Наши военные будут готовы защищать наши обозначенные национальные интересы, в то же время предоставляя существенные рычаги влияния для нашей дипломатии. Применение силы не является единственным инструментом и главным средством участия США за рубежом, не всегда оно наиболее эффективно для вызовов, с которыми мы сталкиваемся. Скорее, наша первая линия действия – это принципиальная и четкая дипломатия в сочетании с центральной ролью развития передовой обороны и продвижения интересов Америки. Мы будем продолжать реализацию мер по повышению безопасности наших дипломатов и специалистов по вопросам развития, чтобы убедиться, что они могут выполнять свои обязанности в безопасных условиях в средах с высоким уровнем риска. Мы также будем управлять сильной и хорошо регулируемой экономикой для развития торговли и инвестиций, защищая международную финансовую систему от злоупотреблений. Целевые экономические санкции останутся эффективным инструментом для наложения расходов на безответственных акторов и помогут ликвидировать преступные и террористические сети. Все наши инструменты сделаны более эффективными с помощью мастерства наших специалистов по разведке и качества тех разведданных, которые они собирают и анализируют. Наконец, мы будем применять наши явные преимущества в правоохранительных органах, науке и технологии, и международных отношениях, чтобы максимизировать стратегические последствия нашей национальной мощи».
Теперь переведем вышесказанное на понятный язык. В этом емком по смыслу сообщении содержится явное послание для всего мира, что военная машина США будет готова сокрушить любых несогласных с глобальным доминированием Вашингтона во всех областях. Не случайно упомянута международная финансовая система, так как уход от долларовых расчетов напрямую снижает зависимость национальных государств от контроля со стороны ФРС. Разведка, включая новейшие механизмы сбора данных через интернет-технологии, будет заблаговременно предоставлять сведения о той или иной стране, чтобы Белый дом смог оперативно отреагировать и наказать несогласных тем или иным способом. Видимо, «явные преимущества в правоохранительных органах» будут непосредственно служить этой цели. В двух словах данный подход можно выразить как стратегию превентивных военных действий с одновременным ведением финансово-экономической войны.
Конечно же, НАТО остается основным партнером США по обеспечению безопасности, хотя говорится и об усилении присутствия в Тихоокеанском регионе. Самое интересное, что внутренней безопасности посвящено всего два абзаца, тогда как проверенной угрозе терроризма – в пять раз больше!
Пассаж о взаимосвязи американской дипломатии и военной силы постоянно употребляется в новой стратегии, будь то Европа, спор между Китаем и Японией за морские территории, какие-либо действия Северной Кореи или экстремистские выходки негосударственных субъектов.
На странице 10 фактически дается обоснование для вмешательства во внутренние дела других стран. Указано, что в самих государствах могут быть слабые правительства, которым угрожают разные экстремисты, и даже есть риск захвата власти в стране (интересно, что США сами, таким образом, спровоцировали переворот на Украине. –
Словно в насмешку над понятием суверенитета, о котором речь шла несколько ранее и США пафосно обещали его защищать, далее говорится об инклюзивной политике и тендерном подходе во время миротворческих процессов, а также продолжении укрепления ООН и региональных организаций типа Африканского Союза. Сначала США устранили одного из лидеров этого Союза – Муаммара Каддафи, а теперь, вместе с усилением военного присутствия (Африканское командование Пентагона) и созданием сети своих разведывательных баз, будут «поддерживать» эту организацию.
Отдельно говорится о необходимости продвижения правил ответственного поведения в отношении всеобщего использования космоса, воздуха, океанов и киберпространства. Как будто другие страны не предлагали ранее ограничить применение оружия в космосе (Россия – одна из первых), а Вашингтон отказался подписать какое-либо соглашение по этому вопросу и сейчас в Пентагоне серьезно подумывают о новых видах космического оружия.