Читаем Новик полностью

После уборки, я спустил за борт шлюпку, они у меня обе подняты были, ещё перед началом шторма, и направился к берегу. Там уже меня встречали. Ничего хорошего я сообщить им не мог. Как сорвало их яхту с якоря, не видел, это ночью произошло, спал, обнаружил это только утром. Ну и остальное. Так же я сообщил, если будем искать их отца, стоит им поторопиться чтобы собраться. Так же посоветовал оставить на месте лагеря записку для отца. Чтобы если вернётся, ждал нас тут. Вот и всё. Помог с разборкой лагеря, одна из пальм во время ненастья чуть не раздавила палатку, упала совсем рядом, но повезло, никто не пострадал. Страху, конечно, натерпелись, но все живы и это хорошо. В два приёма доставив людей и их имущество на борт своей яхты, я включил в дело парнишек, показывая им что делать и объясняя, мы снялись с якоря и, не смотря на достаточно сильное волнение, последствия шторма, пошли по ветру, под парусами, ветер был благоприятный, топки зажигать не требовалось.

Миссис Марпл, я не шучу, именно такова была фамилия у семьи, занималась делами на камбузе. Мне пришлось открыть две из четырёх гостевых кают, чтобы их размесить, так что те пока там осваивались, ну а мы с парнями управляли судном. Причём поисками я решил заняться не в одиночку, зря что ли у меня радиотелеграф на борту? Запустил бензиновый движок и, проверив эфир, стал вызывать всех, кто меня слышит. Отозвалось два радиофицированных судна, что с трудом пережили это ненастье, одно шло в сторону ближайшего порта Мексики, угля осталось мизер, возможно даже не хватит, и было у нас за кормой. А второе сильно пострадало, но при этом капитан согласился помочь, осмотрев те координаты, что я ему сообщил, небольшой ближайший к нему участок. Мы также доставали и до Мексики, ответил порт Ла-Паса, там совсем недавно развернули достаточно мощную радиостанцию, так что нас они принимали. Более того выяснив причину, направили на помощь три рыболовных судна. Дальше он уже общались с радистом того грузового судно что потеряло весь запас угля борясь с ненастьем, обещали направить единственный паровой буксир как только тот освободится. На случай если судно всё же не дойдёт до берегов Мексики.

Я уже собирался снимать самодельные наушники, мне так удобнее работать было и идти глушить двигатель, как буквально краем уха уловил очень слабый сигнал. Вмешавшись в переговоры диспетчера и радиста судна, попросил их прекратить общение, мол, слышу ещё один сигнал, причём похожий на СОС. Радист судна без угля ничего не слышал, да и был он дальше, приближался к Мексике, а вот радист второго судна, подтвердил, что тоже слышал сигнал. Я с облегчением вздохнул, уже посчитав, что уловил эхо отражённого сигнала. Именно радист второго судна, которое было ближе к терпящему бедствие судну, стал вести с ним переговоры. Выяснилось, что американское грузопассажирское судно серьёзно пострадало и почти лежало на боку, полностью потеряв ход, как они радиостанцию-то смогли задействовать, и просило помощи. Координаты их штурману удалось определить, так что радист второго грузового судна через меня передал его в Ла-Пас. Там стали формировать группу спасения, как я понял из буксира и двух рыболовных сейнеров, единственных на паровом ходу. Выйти они были должны в ближайший час.

Понимая, что у меня больше шансов дойти до терпящего судна раньше других, я направил легко бегущую по высоким волнам яхту к этому судну. Повреждённый грузовик тоже направился туда, но из-за повреждений ход выше трёх узлов дать не мог. Это ещё не всё, радиостанция терпящего бедствия то и дело замолкала, пока совсем не умолкла, но передать они успели, что видели небольшую парусную яхту сутки назад, как раз перед окончанием штурма, однако сделать ничего не могли, и сами имели повреждения, и яхта под одним парусом прошла далеко. Однако рассмотреть то, что на борту был выживший, сумели. Больше радист не откликался, так что, обогнав инвалида, видел его дым на горизонте, первым под самый вечер добрался до потерпевших крушение. Судно, покачиваясь на крупной волне, не почти, а полностью лежало боком на воде. Более того, весь борт был усыпан людьми. Шлюпок в воде не было, была одна перевернутая, что качалась сильно в стороне, на ней сидело двое промокших матросов, но и только. Именно к ним мы подошли первыми. Парни совсем обессилили, у них даже не было сил, чтобы подняться на борт, талями поднимали. Двое суток они держались за эту лодку, трое их первоначально было, одного смыло перед окончанием шторма.