Читаем Ностальгия полностью

Буфет и печка русская. Сундук.И к матице подвешенная зыбка…Кадушки в сенцах – с клюквою во льду,С брусникой. Замороженная рыбка…А в стайке – запах сена, полумрак,И шумное дыхание коровы,Её печаль, её туманный зрак:«А принесли моё с питьём ведро вы?»А улица скрипит, уже синё,На снег легли квадраты жёлтых окон.На небе месяц с выкушенным боком,Днём не увидишь этого с огнём!И много-много ярких-ярких звёзд!И дым до неба: избы – пароходыПлывут в сугробах. Скоро Дед-МорозИ ёлка. И подарки! С Новым Годом…Какой тогда был на подворье век?Как долго я живу на свете этом!Всё освещает память добрым светом,Плохое плохо помнит человек.А летом… Помнишь, прошлым летом? —Каким был мир? – Сияющим, согретым,Цветным! Как на душе легко,Когда с утра до ночи – босиком!1.12.2014.

Я рисую

Я рисую мир неброский.Нету красок, что же делать.Получается берёзкаИ рассвет на голо тело.Вот шлагбаум, весь в полоску.Снег с водою. Серость, сырость.Мне в тельняшечке матросскойЮность давеча приснилась.Кто-то плакал безутешно.Ночь ожглась о папироску.Ручейком во тьме кромешнойТушь текла с лица из воска.Телогрейка. Дырка с ватой.Печь побелена извёсткой.Я ни в чём не виноватый.Вот те крест! За перекрёсткомЗаблуждаются тропинки.Белый свет – для пионера.Не «Весёлые картинки»2Карандаш рисует серый..

Летним утром

Лохматых одуванчиков толпа,На цыпочки привстав в высоких травах,Высматривала: где же здесь тропа?..Куда идти: налево, иль направо?Тащила брёвна муравьёв орава.Порхала бабочка, прекрасна и глупа.Цвел Иван-чай – находка для Минздрава.Шагалось мне по лесу хорошо.В такую рань лишь рыбакам не спится.Летел пыльцы по ветру порошокНад пестротой фиалкового ситца.Моргали сосен длинные ресницы.Улитка на загривке вещмешокНесла. Светало. Голосила птица…24.05.2014.

Отражение

Рябинка стоит на опушке,И я у неё под крылом.А в небе утиные тушкиЛетят на юга. ПомеломВорону гоняет берёзаМеж туч, зарядивших с утраУнылым дождём. ОтморозокНа травах поблёкших. ПораОсенняя. Выцвели рощи.Стыдливой толпою бредутДеревья, попавшие в Ощип,На цыпках по тонкому льду.13.09.2015.

Корабли тундры

Без творческих муков, без долгих раздумийрождается чукча, блуждающий в чуме,который стоит среди снежной пустыни,которая шапкою снежною стынетна плоскости сделанной мудро земли.Качаются мачты-рога: корабли,из пены рождаясь, куда-то плывут,являя собой миражи наяву.В сияющем мире алмазных снеговживут племена очумелых богов.12.12.2015

Зимний вечер

Перейти на страницу:

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы