Читаем Нокаут полностью

Он вбежал в комнату и стал рыться в ящиках, а я заперлась в туалете, схватив дрожащей рукой здоровенный пузырек с дихлофосом, ставший моим единственным оружием. Мне пришла в голову идея сбежать из квартиры, пока грабитель копается в наших вещах. Первая попытка провалилась. Едва я приоткрыла дверь, как увидела преступника, он шел в мою сторону. Запершись снова, я ощутила, что сердце бьется от страха как безумное. Во второй раз мне повезло: во двор въехала машина, ее двигатель работал очень громко. Высунувшись из-за двери, я крикнула:

– Это за вами приехали – милиция! – и снова закрылась изнутри.

И он поверил!

Услышав, как хлопнула входная дверь, я выскочила из туалета и прокричала в подъезд вслед грабителю:

– Я тебя, одноглазого, по картотеке узнаю, ты на сто процентов уже сидел в тюрьме! Мы еще встретимся на судебном заседании, ты снова будешь сидеть!

Потом я бросилась в комнату и закричала в окно, выходящее во двор:

– Смотрите, там вор, он пытался нас ограбить!

Преступник уже выбежал на улицу, а через двор проходила соседка тетя Света, она с ужасом огляделась и всплеснула руками. Вскоре я тоже спустилась. Оказалось, что машина, которая спасла меня, принадлежала соседу дяде Тимуру. Я бросилась к нему.

– Дядя Тимур, отвезите меня к маме! Я должна сообщить, что спасла дом и всё наше добро!

Меня трясло, я была бледная как смерть, поэтому тетя Света сначала принесла воды, немного меня успокоив. Соседи были удивлены моим поведением: девочка не испугалась грабителя и смогла хитростью прогнать его из своей квартиры!

Маму мы с дядей Тимуром на работе не застали: она уехала на базу. И мы вернулись домой. Продавцы ювелирного магазина передали маме, что я приезжала, и объяснили почему, так что, вернувшись вечером домой, мама была уже в курсе событий. Она приехала с дядей Джамалом и первым делом спросила:

– Он трогал тебя?

– Нет, мама, – отрапортовала я, вряд ли понимая в тот момент, о чем конкретно она спрашивает, – я жива-здорова, а имущество в сохранности!

Мы поехали в больницу, где врачи осмотрели мой синяк на плече и согласились, что удар нанесен рукоятью пистолета. Гематома была пугающей, а болела и «цвела» на плече еще несколько недель.

После больницы я написала заявление в милицию и рассказала об основной примете грабителя – отсутствии глаза.

– Какая вы молодец! – заметил следователь. – Увидеть такую деталь сквозь темные очки – для этого надо быть очень внимательной. Вы нам так помогли!

А еще мне сказали, что из меня получится хороший юрист и в милиции ждут таких, как я, в качестве пополнения штата. Не могу передать, как я гордилась собой!

Хороший парень Оксанка

В старших классах я чувствовала себя ближе к мальчишкам с их интересами, чем к девочкам. Наверное поэтому романтика, первая школьная любовь, записочки с признаниями и прочие шуры-муры, от которых млели мои одноклассницы, меня не волновали совершенно.

За мной пытался ухаживать одноклассник, хороший скромный мальчик Дима, и он писал мне записочки с предложением «дружить». В выпускном девятом классе учителя посадили нас за одну парту, чтобы я помогала Диме, который не всегда справлялся с литературой и некоторыми другими предметами. Я помогала ему, но иногда пересаживалась за парту к Свете Филипповой, и тогда Дима разворачивался и уходил с урока, обижаясь за то, что я его проигнорировала.

Мне нравилось болтать с Димой о кино, о боевых искусствах, а еще он шикарно садился на шнурок – поперечный шпагат и даже мог сидеть на шпагате между двух стульев, как ЖанКлод Ван Дамм. Хорошая растяжка необходима для восточных единоборств, она позволяет наносить удары ногами как можно выше, но сама я едва садилась на продольный шпагат, поэтому Дима вдохновлял меня на большее. Но спорт – это одно, а вот личные отношения – другое. Они меня не интересовали.

Вскоре у меня появился второй поклонник – друг Димы Миша. И тогда я сказала им обоим, порвав их дурацкие записочки и пустив их по ветру:

– Не страдайте ерундой! У нас полный класс девочек с помадкой на губах, пудрой, накрашенными глазками и сигаретками – с ними и играйте в чувства. Или мы просто дружим, в баскетбол играем, о кино говорим, или ничего!

И они поняли, стали воспринимать меня как приятеля.

Между прочим, с девочками я тоже не сразу поладила. Будучи лидером в классе, я занимала немного отчужденную позицию, меня воспринимали не так, как остальных. А однажды я вошла в раздевалку после физкультуры и засекла девчонок за курением. Одноклассницы сразу напряглись, я почувствовала исходящий от них холодок, а после этого случая они перестали со мной разговаривать. Оказалось, что курильщицы испугались, что я расскажу учителям, а те сообщат родителям и всем крупно попадет. Они меня не знали, я никогда не стала бы доносить.

Кроме того, они видели, что мной стали интересоваться мальчики, и начали подозревать, что я стану конкурировать с ними в романтических отношениях. Я была дерзкой, резкой на язык и никого не боялась – значит, конфликты были бы неизбежны.