Но план его был грубо нарушен, когда Джейми вдруг узнал, что Алита ускакала на прогулку одна.

Сначала он рассердился, потом испугался. А вдруг кто-нибудь обидит ее или испугает? Он никогда себе не простит, если с ней что-нибудь случится.

— Чего вы не понимаете, миледи? — насмешливо спросил Джейми. — Все очень просто. Ваш любящий муж желает побыть с вами наедине.

— Не лгите, милорд. Скажите мне правду. Зачем вы меня сюда привезли? Я знаю, что вы нуждаетесь во мне не больше, чем я в вас.

— Вы ошибаетесь, миледи. И очень скоро я докажу вам, насколько в вас нуждаюсь. — Задумывая этот план, Джейми не собирался нежничать с Алитой, но стоило ему прикоснуться к жене, как его намерения переменились. Им вновь овладело необоримое желание. Да оно никогда и не отпускало его. И будь он проклят, если теперь не даст ему волю. Если эта женщина была готова отдаться Грею, он не станет с ней церемониться и утолит страсть, что гложет его день и ночь.

Алита смотрела на мужа округлившимися от ужаса глазами. Она попыталась кинуться к двери, но Джейми без труда настиг ее и притянул к себе, грубо схватив за волосы. Слезы выступили на ее глазах.

— Животное! — выкрикнула она. — Грубая тварь! Сатана!

— Да, миледи, это все Я. — Поймав оба ее запястья одной рукой, другой он приподнял ее лицо, взяв за подбородок, и закрепил свою победу поцелуем. Затем сказал, мрачно и требовательно:

— И не смейте думать о другом мужчине, пока вы со мной. Забудьте Эвана Грея. Здесь только я, ваш муж, и никто, кроме меня, никогда не будет вами обладать.

— Вы не вольны распоряжаться моими мыслями! — воскликнула Алита.

— Быть может, и так, но сейчас меня интересует лишь ваше тело.

Она попятилась.

— Вы же обещали! Где ваша честь? Неужели вам не довольно Ровены?

— Моя честь покоится в могиле вместе с моим отцом. Нет, миледи, вам меня не устыдить. Я возьму то, что мне причитается.

— Неужели ничто не заставит вас переменить намерения? — спросила Алита дрожащим голосом.

— Нет, миледи. Раздевайтесь. Мне очень хочется увидеть вас обнаженной при свете дня.

7.

Шокированная грубостью Джейми, Алита повернулась к нему спиной, но тут же почувствовала жаркое прикосновение его рук. Когда же он приподнял ее волосы и прильнул губами к шее, Алиту буквально опалил огонь страсти.

— Вам помочь раздеться, миледи? — Теплое дыхание щекотало ей щеку. — Я намерен довести до конца то, что начал.

— Нет, вы не смеете!

— — Смею. Вы моя жена. Я имею законное право на то, что вы предлагали лорду Грею.

— Я ничего ему не предлагала.

— Разве?

Губы Джейми снова прижались к ее шее. Алита, почувствовав возбуждение, попыталась увернуться.

— Вы напрасно меня обвиняете.

Джейми развернул жену лицом к себе и нежно прильнул к ее губам. Поцелуй длился так долго, что Алита перестала сопротивляться. Тогда, слегка отстранившись, он принялся медленно снимать с нее одежду. Из стиснутых губ Джейми вырвался подавленный стон, когда обнажилась ее прекрасная грудь. Они стояли, тесно прижавшись друг к другу, и, когда его напряженная плоть коснулась ее мягкого живота, желание отомстить вдруг исчезло без следа. Его место заняло иное, сокрушительное чувство. Джейми напряженно всматривался в лицо этой малознакомой, в сущности, женщины, пытаясь понять, что происходит в ее душе.

С возмутительной легкостью он освободил Алиту от одежды и прижал к груди. Теперь она уже иначе ответила на поцелуй: нежные губы открылись навстречу, его язык не встречал сопротивления. Алита прильнула к мужу, принимая бурные ласки, с мучительной истомой вспоминая ночь, когда Джейми сделал ее своей женой. Тогда она сражалась изо всех сил, но в конце концов испытала невыразимое наслаждение и, господь свидетель, хотела вновь его пережить.

Джейми то горел, как в огне, то бился в ознобе.

Никогда прежде он не желал женщину с такой неистовой силой. Недаром он всегда старался избегать подобных чувств. Сердце разрывалось от мысли, что Алита может презирать его, считая неотесанным мужланом. Ей нужен Эван Грей, а не Джейми Мортимер.

Но она его жена — и будет принадлежать ему.

Охваченный неистовым желанием, Джейми страстно ласкал, поглаживал нежные груди, и под этими ласками набухали розовые бугорки. Алита вздрогнула, ощутив, как лоно обожгло внезапной вспышкой, и истомно застонала.

Этот стон, казалось, привел Джейми в неистовство. Он упал на колени, осыпая поцелуями грудь, живот, спускаясь все ниже… Алиту охватил ужас. Он приближался к самому потаенному. Неужели этот дикарь решится.., решится…

— Джейми, нет!

Она вцепилась в черные волосы, пытаясь заставить мужа подняться на ноги, но он продолжал свой головокружительный путь. Приблизившись к золотистому треугольнику, Джейми замер и в следующее мгновение уже упивался медвяной сладостью потаенного.

Алита вскрикнула и попыталась высвободиться, но Джейми не знал пощады и продолжал восхитительную пытку, пока она не застонала в истоме. Тогда он подхватил жену на руки и отнес на ложе, покрытое мехами. В порыве страсти он разорвал на себе одежду и с торжествующим криком вошел в нее…