«У меня есть знакомый, накопивший некоторый опыт в этой области, — ответил Джаро. — Он объяснил мне, что Институт подобен вольеру для птиц с подрезанными крыльями. Никому не удается улететь оттуда выше проволочной сетки. Самая большая птица сидит на самой высокой жердочке. А сидящие ниже вынуждены постоянно следить за тем, чтобы им не гадили на голову».

Вальтер Имбальд поднялся на ноги: «Был очень рад с вами познакомиться. Если вы все-таки решите поступить в Институт, зайдите ко мне снова, когда вы его закончите».

Джаро удалился и вернулся в Приют Сильфид. Посещение конторы Имбальда его разочаровало. Адвоката ни в чем нельзя было упрекнуть, но ему удалось создать атмосферу холодного неодобрения — даже чего-то, граничащего с откровенной неприязнью — как если бы Джаро, пренебрегая пожеланиями Фатов, проявил себя в качестве неблагодарного босяка.

Джаро сидел и невесело размышлял; мысли его перескакивали с одного предмета на другой. Он заметил с уколом сожаления, что его отношение к Фатам уже изменялось и становилось абстрактным — по сути дела, он не мог избежать подспудного возмущения их попытками заставить его вести образ жизни, упорядоченный по их образу и подобию, но ни в коем случае не позволявший ему чувствовать себя в своей тарелке.

Возможно, они любили не столько его самого, сколько сосредоточенное на нем идеализированное представление о своей системе ценностей — и, если Джаро не соответствовал этому идеалу, он заслуживал более или менее завуалированного наказания. Тем не менее, Джаро не хотел, чтобы мелочные обиды нарушали ход его мыслей и оказывали влияние на его выводы.

Что делать с Приютом Сильфид? Гильфонг Рют уверенно планировал чудесный загородный поселок для богачей, «Левиан Зарда», так, чтобы его территория охватывала землю, окружавшую Приют Сильфид. Что позволяло ему сделать такое наглое, по сути дела, допущение? Возможно, Рют считал, что неопытный студент никак не может воспрепятствовать осуществлению проекта. Возможно, с точки зрения Рюта, необходимость дополнительно выплатить такому студенту несколько тысяч сольдо не играла практически никакой роли, учитывая итоговый объем затрат. Возможно, Рют собирался так или иначе принудить упрямого студента к подчинению или даже прибегнуть к запугиванию. В любом случае не имело смысла думать о капитальном ремонте или даже о покраске старого дома, пока все эти вопросы не будут выяснены. Наибольшее беспокойство, однако, у Джаро вызывал Тоун Мэйхак: где пропадал человек, назвавшийся его отцом, и как следовало реагировать в сложившейся ситуации?

Джаро позвонил Нейтцбеку в космопорт.

«Слушаю», — отозвался Гэйнг.

«Никаких вестей о Мэйхаке?»

«Ничего — кроме того, что тебе уже известно».

Джаро снова упомянул о Рюте и о том, что для осуществления проекта «Левиан Зарда» ему требовалось приобрести землю вокруг Приюта Сильфид: «Почему-то Рют совершенно уверен в том, что сможет присоединить мой участок к территории своего комплекса, как только ему это потребуется».

Гэйнг задумался, после чего спросил: «Ты составил завещание?»

«Нет».

«Советую тебе это сделать, и сегодня же. Промедление смерти подобно! Если ты умрешь сегодня вечером, твою землю унаследует Тоун Мэйхак, но Рют этого не знает. Судя по всему, Рют убежден в том, что ты умрешь без завещания и что у тебя не осталось близких родственников — и рассчитывает найти какой-нибудь способ заполучить твою собственность. Тебе следует сейчас же оформить завещание и оповестить всех знакомых о том, что оно существует. Это самое дешевое страхование жизни».

Джаро спросил упавшим голосом: «Вы действительно думаете, что Рют заплатит убийцам только для того, чтобы завладеть Приютом Сильфид?»

«Конечно. Такие вещи случаются сплошь и рядом».

Джаро тут же позвонил Вальтеру Имбальду.

«Имбальд у телефона», — отозвался адвокат.

«Вас беспокоит Джаро Фат».

«А, Джаро! В чем проблема?»

«Никаких проблем — кроме того, что я хотел бы немедленно составить завещание. Сегодня же вечером, если это возможно».

«Это возможно. Насколько сложной будет структура завещания?»

«Все очень просто, — Джаро изложил условия. — Если бы вы могли подготовить текст, я заехал бы к вам в контору и подписал бы его безотлагательно».

Имбальд нисколько не удивился: «Документ будет готов через двадцать минут».

«К тому времени я уже приеду».

Джаро отправился в контору Имбальда и подписал уже подготовленное адвокатом завещание. Наконец Имбальд позволил себе проявить некоторое любопытство: «Назначенные вами наследники — Тоун Мэйхак и Гэйнг Нейтцбек — кто они? Кто такая Скирль Хутценрайтер, мне, конечно, известно».

«Мэйхак — мой отец. А Гэйнг Нейтцбек и Скирль — мои друзья».

«И с чем связана такая спешка?»

«Нейтцбек посоветовал мне не откладывать оформление завещания, когда узнал, что Гильфонг Рют намерен приобрести мою землю в рамках проекта широкомасштабной застройки».

«Ага! Тогда все понятно. Согласен с вашим знакомым. Составление завещания в такой ситуации — удачная идея».

6