Читаем Ночной дым полностью

— Нет. Если бы я думал, что ты имеешь какое-то отношение к поджогу, — тогда еще возможно. — Он обрадовался, увидев, как загорелись ее зеленые глаза. Значит, он нажал на нужную кнопку. — Ну а пока ничто не мешает мне и заниматься делом, и гадать, какова ты в постели.

Сердце у нее екнуло. К счастью, им как раз принесли горячее; она обрадовалась невольной передышке и постаралась успокоиться.

— Ты лучше сосредоточься на работе. Более того, если бы ты мог немного просветить меня…

— В таком шикарном ресторане совсем не стоит говорить о делах. Но… как хочешь. — Он пожал плечами. — Главное — твой склад подожгли. Пожар устроили умышленно. Мотивом могут быть месть, деньги, вульгарный вандализм или тяга к разрушению. А может, там орудовал псих.

— Пироман! — Натали очень хотелось, чтобы подтвердилась последняя версия, чтобы поджог не был местью лично ей. — Что думаешь ты сам?

— Для начала предлагаю тебе избавиться от предубеждения. Очень часто обычные люди — и журналисты, кстати, тоже — после серии пожаров кричат о маньяках. Но поджигатели — не всегда маньяки, даже если пожары произошли примерно в одно время и похожи.

— Не всегда, но бывает.

— А часто поджигатель — вовсе не псих, а просто козел. Поджег несколько дорогих машин, потому что ему такие не по карману.

— Предлагаешь не спешить с выводами?

— Вот именно.

— А если мой склад в самом деле поджег, ненормальный? Зачем это ему?

— Вопросы «зачем», «почему» всегда задают психиатры…

— Тебе часто приходится сотрудничать с психиатрами?

— Чаще всего мозгоправы подключаются к делу уже после того, как подозреваемый арестован. — Рай отхлебнул пива. — Во всяком случае, они часто начинают работать после того, как псих уже устроил несколько дюжин пожаров, а мы потратили несколько месяцев на его поиски. А потом оказывается, что во всем виновата мамаша несчастного психа, которая в детстве слишком опекала его. Или, наоборот, папаша, который не уделял сыночку достаточно внимания… В общем, ты и сама знаешь, как они выражаются.

Натали придвинула к нему блюдо с фирменным омаром.

— Ты не очень высокого мнения о психиатрии?

— Я так не сказал. Просто мне не нравится, когда вину за преступление, совершенное одним, взваливают на других.

— Вот теперь ты говоришь как мой брат.

— Он, наверное, хороший полицейский. Хочешь стейка?

— Нет, спасибо. — Натали, как бульдог, вцепилась в интересующую ее тему. — Разве тебе, инспектору отдела по борьбе с поджогами, не положено разбираться в психологии поджигателей?

Рай прожевал кусок мяса и жестом попросил официанта принести ему еще пива.

— Тебе правда интересно?

— Очень интересно. Особенно сейчас.

— Ну ладно. Ускоренный курс психологии. Поджигатели делятся на четыре группы: психически больные, психопаты, невротики и социопаты. Конечно, классификация приблизительная, потому что чаще всего поджигатели бывают смешанного типа… Так вот, настоящими пироманами можно назвать невротиков или психоневротиков.

— А я думала, все поджигатели — пироманы…

— Нет. Настоящий пироман встречается гораздо реже, чем кажется большинству людей. Его влечение к поджогам неодолимое, импульсивно возникающее, болезненное. Когда влечение охватывает его, он ничего не может с собой поделать. Где бы и когда бы его ни охватило такое желание, он непременно устраивает пожар. Пироман не обдумывает свое алиби и часто даже не стремится бежать с места пожара, поэтому обычно поймать его легко.

— А я думала, что пироман — такой общий термин. — Натали заправила за ухо прядь волос.

Рай накрыл ее руку своей и не спешил убирать.

— Мне нравится видеть твое лицо, когда я к тебе обращаюсь!

Поскольку ее руки он по-прежнему не выпускал, им обоим пришлось пригнуться, чтобы слышать друг друга.

— Мне нравится прикасаться к тебе во время разговора.

На долгих десять секунд над столиком повисло молчание.

— Ты ничего не говоришь, — заметила Натали.

— Иногда мне нравится просто смотреть. Остановись, мгновенье!

Она увидела, опасный блеск в его глазах и почувствовала, что сдается… что не в силах устоять. Натали выдернула руку:

— Не надо. А вы опасный человек, инспектор!

— Спасибо! Натали, поехали ко мне!

Она глубоко вздохнула:

— А еще ты очень нахальный!

— Думаю, романтики и лести в твоей жизни хватает. — Рай считал, что лишен и того и другого — да и не верил он в красивые слова. — Возможно, тебе захочется попробовать чего-то более простого.

— То, что ты предлагаешь, безусловно, просто, — согласилась Натали. — По-моему, пора заказывать кофе.

Он подозвал официанта и заметил:

— Ты не ответила на мой вопрос!

— Сейчас отвечу. Мой ответ — нет. — Дождавшись, пока отойдет официант, Натали продолжала: — Хотя меня определенно влечет к тебе, я считаю, что поддаваться влечению неразумно. Мы оба любим свою работу, но по характеру и образу жизни диаметрально противоположны. И хотя мы с тобой знакомы совсем недолго, по-моему, ясно, что у нас нет ничего общего. Как говорят в деловых кругах, наши отношения являют собой повышенную степень риска.

Некоторое время Рай молча разглядывал ее, словно что-то решал про себя.

— Вполне разумно.