Когда Шанталь оказалась в госпитале, Эрик сразу начал жаловаться на свои гипсовые повязки, на больничную еду, а потом принялся скулить, что хочет немедленно вернуться к себе домой. Ей удалось успокоить сына, а одна из медсестер принялась обтирать его влажной губкой. К тому времени как это импровизированное купание было закончено, появился Ксавье с двумя большими бумажными пакетами еды, которую он накупил в «пивном саду», расположенном на той же улице.

– У меня здесь шницель, колбаски и еще шницель, и еще колбаски и шницели, – объявил он, и Эрик рассмеялся.

– Обожаю и то и другое! – провозгласил он. – Типично немецкая еда.

Они разложили все на бумажные тарелки, и Эрик сытно пообедал, а потом медсестра сделала ему еще один укол, после чего он стал засыпать. Ксавье и Шанталь, чтобы не мешать ему, побродили по окрестностям больницы, а потом решили заглянуть на часок в музей. Они направились к Новой национальной галерее и осмотрели впечатляющее стеклянное здание. У них хватило времени осмотреть только небольшую часть музейной экспозиции, но это стало прекрасной разрядкой для них обоих после тоскливой атмосферы госпиталя.

Шанталь рассказала об их походе Эрику, когда тот проснулся. Ксавье отправился обратно в отель, чтобы поработать с бумагами и перезвонить клиентам, с которыми было необходимо поговорить. Он обещал вернуться к ужину.

Когда Ксавье появился ближе к вечеру, оказалось, что каким-то чудом он нашел китайский ресторан неподалеку от отеля, в котором накупил еды для всей компании. К этому пиршеству присоединилась и подошедшая Аннелиза. Теперь оставалось только ждать, пока Эрик достаточно окрепнет и его можно будет перевести в реабилитационный госпиталь, что было намечено на конец недели. На следующий день Ксавье вернулся в Париж, поскольку самое плохое миновало, а Эрику предстояло долгое выздоровление. Шанталь намеревалась последовать за ним, когда Эрик обоснуется в реабилитационном госпитале, и была бесконечно благодарна Ксавье за то, что он был с ней в самые трудные дни после операции.

– Кто же будет приносить мне шницель и колбаски? – Эрик состроил капризную мину, когда Ксавье зашел к нему попрощаться, и оба рассмеялись.

– Не огорчай маму, – напутствовал его Ксавье. – Больше никаких мотоциклов.

Эрик неохотно кивнул, соглашаясь с ним.

– Возвращайся и навести меня, когда я снова смогу ходить, – сказал он на прощание Ксавье и в сотый раз поблагодарил за его заботу.

После отъезда Ксавье Шанталь проводила в палате Эрика все свое время до конца недели, а потом помогала ему устроиться в реабилитационном госпитале, оказавшемся современным, напоенным солнцем зданием, в котором восстанавливались после таких же или еще более серьезных операций несколько молодых людей примерно того же возраста, что и Эрик. Это обрадовало Шанталь: значит, ему не будет скучно. Она провела там субботу и воскресенье, а потом оставила его на попечение врачей.

Эрик постоянно отсутствовал в палате, проходя различные физиотерапевтические процедуры, хотя и не мог еще свободно двигаться. Его стали навещать друзья, да и Аннелиза практически не отходила от своего любимого. Эрик больше не нуждался в помощи матери. Шанталь начала ощущать себя лишней, находясь в палате, в которой по вечерам собирались веселые приятели сына. Пообещав Эрику навестить его снова через пару недель, Шанталь поцеловала его на прощание и вечерним рейсом вылетела в Париж. Она всегда не любила уезжать от своих детей, от этого внутри у нее возникало чувство пустоты, однако сейчас все было иначе, ведь дома ее ожидал Ксавье.

Вдоволь наговорившись, они отправились в свое любимое бистро, где заказали плотный ужин. Похолодало, и все равно им не верилось, что уже наступил ноябрь. Время для них пролетело незаметно, но после июня в жизни Шанталь и в судьбе ее друзей произошло слишком много событий. Поужинав, Шанталь и Ксавье рука об руку вернулись домой, не в силах оторвать глаз друг от друга. Когда они встретились на Белом ужине, никто из них не ожидал, что окончание этого года они встретят вместе. А мог ли кто-нибудь предположить, что Жан Филипп будет в это время в Пекине, а Бенедетта разведется с Грегорио? Жизнь оказалась совершенно непредсказуемой. Шанталь приходила в восторг от одной только мысли, что через несколько недель Жан Филипп приедет домой, чтобы навестить Валерию и детей. Она должна была так много рассказать ему…

Глава 13

Валерия поступила несколько необдуманно, согласившись на консультирование фирмы «Бомон-Севиньи», неся при этом полную рабочую нагрузку в «Вог», в то время как Жан Филипп уехал в Пекин. Без него ей приходилось управляться с детьми в одиночку по выходным. Частенько Валерия трудилась с утра до вечера и даже брала работу домой, чтобы сделать ее, когда дети отправятся спать. Каждую ночь она допоздна возилась с бумагами, стараясь выдерживать такой рабочий темп, и частенько просыпалась утром измотанной.