Читаем Ночь с ангелом полностью

– Наверное, немного устал, Ангел. Простите меня, – чуточку лживо пробормотал я.

– Да! Забыл вам сказать еще одну замечательную вещь! Толик купил маленькому Сереге персональную корову каких-то фантастических кровей! Теперь у ребенка каждый день свежее молоко.

– Что вы говорите? – Я вяло сыграл некий интерес к сообщению.

– И Фирочка сама доит эту корову, – гордо сказал Ангел.

Это мне уже так приглянулось, что даже настроение исправилось.

– Вот что мне хотелось бы увидеть! – Я вопросительно посмотрел на Ангела.

Тот глянул на свои роскошные часы и быстро проговорил:

– Только не задерживайтесь, Владим Владимыч. Питер на носу…

В коровнике, облицованном розовым кафелем, Фирочка действительно доила большую чистую корову с очень красивыми и добрыми глазами…

С тех пор как я видел Фирочку в последний раз, она заметно пополнела, но, как принято было изъясняться раньше, «не утратила следов былой красоты».

Тут же, будто специально для меня, в коровник заглянул квадратненький мальчик лет девяти с Лидочкиной детской физиономией. Наверное, это и был маленький Серега.

– А где все? – растерянно спросил он Фирочку.

– Нас с коровой тебе недостаточно?

– Что ты, бабуль!… Я проснулся, а дом пустой…

– Выпей-ка вот молочка натощак. – Фирочка протянула Сереге стакан с молоком.

– Бабуля! Бабулечка!… Бабуленька!!! – заныл Серега. – Ты же знаешь, как я ненавижу парное молоко!…

– Поговори об этом с папой.

– Ты что?! Ты представляешь, что будет?! Особенно если мамы не окажется рядом…

– Тогда пей и не кобенься!

С демонстративным отвращением Серега выпил стакан молока, утерся рукавом и снова спросил:

– А куда они все делись?

– Мама и папа поехали в город на Московский вокзал встречать Ангела. И захватили с собой бабушку Наташу, чтобы до вокзала забросить ее на работу…

– А дедушка?

– А дедушка твой любимый еще с вечера оставался в городе. Его сегодня на восемь утра пригласил к себе сам губернатор.

– Зачем?

– Не знаю. Кажется, его хотят ввести в какой-то координационный совет по всяким криминальным вопросам… Иди мойся, чисть зубы, прибери постель и пропылесось свою комнату. Скоро наши вернутся с вокзала…

Серега рассмеялся и взял в руки кончик коровьего хвоста.

– Что ты ржешь, мой конь ретивый? – спросила Фирочка. – Оставь корову в покое!

Серега сделал вид, будто кончиком коровьего хвоста, как взрослый, намыливает себе щеки перед бритьем и, давясь от смеха, еле выговорил:

– А я знаю, что дедушка скажет губернатору!

– Ну, что? – Фирочка устало вытерла пот со лба.

– Ты будешь сердиться…

– Не буду.

– Чесслово?

– Да, да…

– Дедушка скажет губернатору: «Да идите вы все в жопу!»

– Серега!!! – в панике закричала Фирочка. – Как ты смеешь…

– Я?! – удивился Серега. – Это дедушка так скажет. Он это уже раз сто говорил. Даже по телефону!…

Я подумал, что, пока бабушка Фира и внук Серега будут выяснять отношения, смогу хоть мельком, но осмотреть дом людей, о которых теперь столько знал.

Однако, как только я, невидимый для всех, некий старенький фантом, вышел из розового коровника, за мной сразу же выскочил и маленький Серега.

Он посмотрел мне в глаза и молча поднес палец к губам, прося не произносить ни звука.

Не скрою, я был ошеломлен!

Еще ни разу во всех моих путешествиях во Времени я лично не принимал участия ни в каких событиях, происходящих на моих глазах!… Я был всего лишь Зрителем в этом Просмотровом Зале Прошлого…

Но сейчас… Сейчас маленький и очень цепкий девятилетний мальчик Серега Самошников тащил меня в глубину дома, подальше от входа в розовый коровник.

– Не бойся, – наконец тихо шепнул мне Серега, когда по скрипучей деревянной лестнице мы взобрались на второй этаж. – Кроме меня тебя здесь никто не увидит. Ты чей дедушка?

– Катин… – туповато и покорно ответил я.

– Она в каком классе?

– Она в университете кино и телевидения.

– А-а-а… Уже взрослая? – разочарованно протянул Серега.

– Да, – растерянно сказал я. – А откуда ты узнал, что я здесь?

– Ангел сказал.

– Как?!!

– Не знаю. Я услышал только его голос: «Проснись, Серый! Сейчас к вам придет один дедушка – покажи ему мамины иконы». Я пошел тебя искать и нарвался на парное молоко. А бабулю неохота было пугать… Она же не может знать, что ты здесь. Ты же для нее – невидимый.

– А каким образом ты это знаешь и видишь?

– Ангел научил. Пойдешь смотреть мамины иконы?

– Да, да… Конечно!

Я много раз читал о чудесах загородных домов новых русских, всяческих богатеньких людишек, олигархов, нефтяных королей и газовых принцев, зарвавшихся ворюг-генералов и обалдевших от собственной популярности так называемых звезд шоу-бизнеса.

Кто-то из авторов таких описаний захлебывался от восторга, кто-то исходил завистливой желчью, кто-то дымился негодованием, а кто-то достаточно едко иронизировал по поводу торжества роскоши и безвкусицы…

В этом доме разножанрово пишущим ребятам и бичующим господам делать было нечего. Разве что похихикать над розовым кафелем в коровнике. И все.

В этом старом, добротном доме все было подчинено здравому смыслу. Очень я обрадовался этому!