Читаем Ночь опасна полностью

Инесса Павловна бродила по квартире, робко заглядывая на кухню, но не решаясь заговорить с зятем. На него тяжело было смотреть, хотя он, подобно Диане, не плакал и не устраивал истерик. Темное, почти бурое лицо, посветлевшие от горя, застывшие глаза… Прошлую ночь он совсем не спал, и как держался до сих пор на ногах, было непонятно. Приходилось отнести это чудо за счет его богатырского сложения.

Наконец ей удалось привлечь внимание зятя. Она вызвала его в коридор энергичными знаками, а затем увлекла и дальше, на лестницу.

— Знаешь, ведь Он вчера звонил! — сообщила она, произнеся «Он» с большой буквы.

— Кто? — Николай потер лицо широкими ладонями и на миг застыл так, будто собирался играть в жмурки. — Не могу, падаю… Сейчас всех разгоню, и спать!

— Правильно, ложись. Но я решила, что тебе нужно знать. Он звонил… Этот… Ну, Олег.

Последние слова Инесса Павловна произнесла очень виновато, как будто стыдилась упоминать это имя в связи с погибшей дочерью.

Николай весьма индифферентно отнесся к ее сообщению. Он только спросил: что этому типу было нужно?

— Беспокоился, что она опять пропала, — призналась теща.

— Откуда он узнал? — насторожился Николай.

— Прости, но это я ему сказала. Думала, Нинка опять у него отсиживается. Коля, скажи мне, бога ради, что у вас в последнее время происходило? Почему она вдруг ушла?

— Ох, да не лезьте вы не в свои дела! — взорвался Николай.

Его голос прогремел на весь подъезд, испуганная женщина чуть не присела от этого рыка. Она укоризненно взглянула на зятя, напомнила, что намного старше его, и с достоинством поднялась в квартиру. Проверила, легла ли Диана спать. Та спала полураздетая, крепко сжимая в кулаке подаренные деньги. Инесса Павловна осторожно вытащила их из горячих мокрых пальцев и надежно спрятала у себя в сумке. А затем стала понемногу выпроваживать гостей, шепотом объясняя, что всем нужен отдых, впереди еще столько хлопот… Она вела себя так разумно и сдержанно, что некоторые, мало осведомленные люди ее принимали скорее за свекровь, чем за мать покойной.

Наконец посторонние разошлись. Но и тогда спальных мест хватило не всем. Впрочем, мужчины спать не собирались. Они все еще сидели на кухне, опустошая очередную бутылку и обменивались — в который раз — клятвами найти этого козла-водилу и уделать его, как Бог черепаху.

— Сбить женщину и не остановиться! — негодовал Арарат. — Да я сам с ним разберусь, главное…

— Ну да, главное — найти, — соглашался приятель. — Можно и своими средствами.

— Как ты своими средствами найдешь? Свидетелей-то нет.

— Можно поискать, — с пьяным упрямством повторял тот.

— Как ты будешь искать, чудила? Сыщика наймешь?

Они углубились в проекты расправы. Николай сидел с краю стола с таким видом, словно все это его не касалось. Он вертел в руке вилку с нанизанным на зубья маринованным грибком. И вдруг замер, уставившись на грибок с таким изумлением и ненавистью, будто именно он был причиной всех несчастий. Отложив прибор, он отправился будить тещу.

Инесса Павловна уже успела задремать — она легла рядом с Дианой. Увидев склоненное над собой темное лицо зятя, женщина слегка оторопела.

— Скажите, а чего он вообще хотел, этот Олег? — спросил он. — Почему позвонил?

— Почему? — силилась сосредоточиться женщина. — Я не поняла… Он Нину позвал, ну а дальше…

— А зачем ему Нина? Они же расстались, накануне она мне сама сказала.

Правда? — обрадовалась та. Но тут же погасла — какое это теперь имело значение! — Он не сказал, зачем она ему нужна. Но очень тревожился, что она снова пропала. Коля, да забудь ты о нем! Что теперь сводить счеты… Лучше не вспоминай!

Она указала на спящую рядом Диану и приложила палец к губам. Николай поглядел на дочь и тихо спросил: нет ли у Инессы Павловны адреса этого Олега?

— Ради бога, не вороши эту историю! — застонала теща.

Но зять приказал ей ни о чем не беспокоиться. Он-де спросил из чистого интереса.

…Однако, когда все заснули, он вошел в спальню, где на супружеской постели усталым, тяжелым сном спали его родители. Осторожно, стараясь никого не разбудить, Николай раздвинул дверцы шкафа и, включив подсветку, принялся рыться в вещах погибшей жены. Спустя некоторое время у него в руках оказался небольшой урожай: старая записная книжка, несколько скомканных, истертых на Сгибах бумажек и чьи-то старые визитные карточки, валявшиеся по карманам и отделениям сумок с незапамятных времен.

Он заперся с ними в туалете — единственном месте в доме, где его никто не мог потревожить. Опустил крышку унитаза, сел и внимательно осмотрел находку. Визитные карточки изорвал и спустил в унитаз — они принадлежали людям, с которыми Нина когда-то общалась по работе. Бумажки оказались памятными заметками, но никаких телефонов там тоже не было. И только записная книжка принесла желаемый результат. Телефон, который он так старательно искал, оказался записан на букву «О» — в самом конце страницы. Точнее, там было два телефона: московский и мобильный. И рядом просто упоминание — «Олег».