Читаем Ночь опасна полностью

Нина рывком освободилась от его объятий и со слезами в голосе заявила, что у него семь пятниц на неделе! То ему позарез нужно обвинить Николая, то он становится на его сторону! А кто же в таком случае пытался ее прикончить?!

— У твоего мужа есть враги?

Она замерла, глядя в сторону, в раздвинутые дверцы шкафа. Пошевелила губами, будто произнося какие-то имена, но не издав ни звука. Наконец качнула головой:

— По-твоему, его хотели подставить? Отсюда его алиби, поэтому он якобы ничего не знает?

— Вот именно, Нина! Это тоже нельзя исключать!

— В таком случае, — отчетливо и почти издевательски произнесла она, глядя прямо ему в глаза, — в таком случае, будь добр, объясни — кто мог подслушать, как я назначала тебе встречу на Чистых прудах?! Мужа ты исключил. Значит, остается Диана?

Они почти поссорились. Олег не смог опровергнуть этот последний аргумент, но и отказываться от своей версии тоже не хотел. Нина язвительно раскритиковала его следовательский талант, намекнула, что в свое время он неверно выбрал профессию. Ему куда больше подошло бы стать сыщиком! Уж очень авторитетно он осуждает и оправдывает людей. Вот только чем это грозит ей, жертве? Бояться ей своего супруга или доверять ему? Может быть, она должна опасаться собственной дочери, которой едва минуло восемь лет? Когда она говорила с Олегом по телефону и назначала свидание, больше никого поблизости не было!

— Да, здесь что-то не сходится, — вынужденно признал Олег. — Но это еще раз подтверждает мою версию, что Марию убили ради нее самой!

Значит, нас все-таки не перепутали? — ядовито усмехнулась Нина. — Ты же только что живописал своей новой подружке, что ту несчастную женщину специально нарядили под меня!

— Ну и тут я мог ошибиться…

— Так, может, ты вообще ошибаешься? Во всем — от начала и до конца?

Олег только беспомощно взглянул на нее. Чего бы он не дал, чтобы оказаться в стороне от всего этого, чтобы не решать головоломок, поминутно нарываясь на оскорбления и насмешки! Мелькнула соблазнительная мысль: «А собственно, почему я должен этим заниматься? Просто отойду в сторону. Они сами во всем разберутся… Как она шипит на меня, как кричит! Прямо… Гусыня!»

Он не сказал этого слова, но, вероятно, что-то отразилось в его взгляде. Нина осеклась, на секунду замолчала и неожиданно твердо предложила ему уйти. Олег встал:

— Совсем? Или…

— Совсем. — Она демонстративно отвернулась и принялась наводить порядок в развороченном шкафу. — У меня много дел. Нужно прибраться, привезти домой дочку, приготовить ужин.

— Ты…

— Я не слушаю, — донеслось из шкафа. Нина исчезла там почти целиком.

Он постоял еще с минуту, потом попросил проводить его и запереть дверь. Она то ли не слушала, то ли не слышала. Олег ушел.

* * *

И вот — свобода. А вместе с ней — тревога и странная пустота, которая ничем не заполнялась. Только что он мечтал освободиться от Нины, а теперь и сам не знал, рад этому или нет. Скорее все-таки рад. Олег мельком подумал, что, расстанься они чуть раньше, перевод у него получился бы более качественным. «Представляю, как рвет и мечет редактор! Теперь он с полным правом может вытирать об меня ноги!»

Потом он подумал о Тамаре. Та просила его не бросать подругу, несмотря на все разногласия. Что она скажет теперь? Да и скажет ли что-нибудь? Встретятся ли они еще или расстанутся навсегда? Собственно, что их связывает, кроме той застывшей фигурки на берегу пруда?

Ехать домой не хотелось. Олег проверил наличность — денег осталось совсем мало. Открыл папку, лежавшую на заднем сиденье, просмотрел свои издательские договоры. Позвонил по нескольким номерам. В одном из издательств ему пообещали ближе к вечеру дать аванс. Если он приедет к шести…

До пяти он сидел в Исторической библиотеке, потом отправился в издательство. Взяв в кассе деньги, получил приглашение на небольшой банкет по случаю чьего-то дня рождения. В этой редакции его давно и хорошо знали, Олег работал здесь сразу после окончания института. Он просидел за праздничным столом до десяти, с трудом удерживаясь, чтобы не напиться. А напиться хотелось ужасно — вдребезги, до беспамятства. Давненько с ним такого не случалось.

Время от времени собутыльники спрашивали, что с ним стряслось. Почему у него такой странный вид? Он здоров? Дома все в порядке? Олег односложно отвечал, что все замечательно. При этом думал, что Нина могла опомниться и вернуться к нему, как уже делала однажды. Сейчас она стоит под запертой дверью и ждет. Но он туда не поедет. Не сейчас.

Олег поймал себя на том, что специально тянет время, чтобы она передумала и ушла. Он не хотел найти ее под дверью и снова выслушивать примирительные и, как оказалось, ничего не значащие фразы. «Она извиняется, чуть не стелется в ногах, говорит, что я у нее единственная защита и опора! А через час глядит как солдат на вошь и разве что не посылает к черту. Хватит! Ее любовь похожа на пустыню. Днем умираешь от жары, ночью — от холода. И спрятаться негде. Мне по душе более мягкий климат».