А Инесса Павловна как раз заканчивала разбирать огромный шкаф, где ее дочь хранила свои наряды. В основном там были деловые костюмы, брюки и свитера. Она раскладывала вещи на кровати аккуратными стопками, сортируя их по какому-то известному ей одной признаку. Николай остановился на пороге. Она не сразу его заметила, а увидев, смутилась:

— Ты уже вернулся? А я тут прибираюсь.

— Инесса Павловна, разве это так спешно? Диана переживает.

Та покачала головой:

— А что делать? Продавать нехорошо, да вы в этом и не нуждаетесь. Оставить все в шкафу — моль сожрет… Неужели ты думаешь, тряпки заменят девочке мать?

Он так не думал, но не мог забыть грустных глаз дочери. Однако Инесса Павловна стояла на своем — она отнесет вещи в местную благотворительную организацию, причем возьмет с собой Диану, чтобы та сама передала вещи в фонд. Она считала, что это окажет на девочку положительное воздействие и поможет выйти из депрессии.

— Конечно, самое ценное мы оставим, — сказала она. — Шубу, например, кое-что из кожи. Ну и драгоценности, разумеется. Это пойдет Диане, кое-что она потом сможет носить. А остальное… Пока девочка вырастет, эти тряпки выйдут из моды. А ей — лишние слезы. Увидит что-нибудь, расстроится, начнет переживать.

В конце концов Николай вынужден был согласиться, что часть вещей лучше отдать, оставив дочери на память только самое ценное.

— И вот еще что, — после некоторого колебания сказала Инесса Павловна. — Уж прости, что я вмешиваюсь не в свое дело, но стоит ли хранить дома такую крупную сумму?

— Да ладно, о чем тут говорить, — отмахнулся Николай. — Сами видите — меняем замки.

— И все же…

— Не такие уж это большие деньги, — возразил он. — Не могу же я бегать в банк каждый раз, когда мне нужна мелочь на расходы.

Инесса Павловна странно на него взглянула, помялась и наконец осмелилась спросить: как у него идут дела на фирме? По-видимому, торговля пиломатериалами процветает?

— Как обычно, чуть лучше, чем в прошлом году, — удивился Николай. — А что?

Теща никогда не интересовалась его бизнесом и не отличала дубовой доски от ламината. Ее неожиданное любопытство очень озадачило зятя. Но он еще больше поразился, когда Инесса Павловна подала ему совет — не рисковать, пряча пачку денег в таком ненадежном хранилище, как стенной шкаф.

— Воры туда лезут первым делом, — напомнила она. — Ты бы подумал об этом… Я на эти деньги не зарюсь, но жалко будет, если пропадут. Это же трудовые, не ворованые!

— Постойте, Инесса Павловна! Вы о каких деньгах говорите? Я никогда не клал их в шкаф!

Она достала с опустевшей полки сверток в черном целлофановом пакете и протянула зятю.

— Я заглянула, думала, там какие-то вещи. Оказалось, доллары. Все-таки подумай над моими словами! Я их не искала, но вот — сразу наткнулась…

Он взял сверток, развернул обертку. У него в руках оказалась пачка стодолларовых купюр. Просмотрев её, Николай убедился, что там было около тридцати тысяч. Инесса Павловна продолжала что-то говорить, но он уже не слушал.

Он никогда не приносил в дом такой суммы «на мелкие расходы». А если бы принес, то ему бы и в голову не пришло прятать деньги в шкаф.

— Где вы, говорите, это нашли? — резко спросил он, перебив тещу.

Та показала. Пачка хранилась на полке, где Нина держала свое нижнее бельё. Николай никогда в жизни там не рылся.

Глава 17

Подушка пахла сладко и незнакомо — по ней расплескалась волна темно-рыжих волос. Олег тихонько дотронулся до них. Тамара не услышала — она уже спала.

Рядом на столике лежали ее очки — она сняла их так порывисто, что не успела положить в очешник. Если они случайно упадут и разобьются, то назавтра их обладательница окажется почти слепой. Олег подумал, что нужно встать и переложить их подальше от края, но не было сил.

— Что? — переспросил он, склоняясь над нею. Ему показалось, что Тамара что-то сказала. Но она лишь слегка шевельнулась во сне, повернув к нему лицо.

Она не смыла косметику, сразу уснула. Вокруг глаз размазались зеленоватые тени. «Похожа на русалку, — подумал Олег. — Хорошо, что я ничего ей не рассказал, иначе бы она разволновалась. А сейчас так спокойно спит!»

Курьер из издательства приехал в его отсутствие. Тамара приняла его и обещала передать книгу по назначению. Потом Олегу звонила какая-то женщина — Тамара сняла трубку, заговорила с ней, но толку не добилась. Вместо того чтобы представиться, женщина принялась расспрашивать, с кем говорит. Казалось, она была встревожена.

— Это мама или сестра, — объяснил Олег. — Нет, скорее сестра. Мама бы обязательно представилась. И вообще, была бы рада твоему появлению.

— Почему?

— Она все пытается меня женить, — признался он. — До сих пор переживает, что я когда-то развелся.

— А, так мы с тобой члены одного клуба, — засмеялась Тамара. — Нужно было сказать, что я твоя невеста?