Читаем Ночь над водой полностью

Диана сделала глоток бренди. Мервин молчал, не спуская с нее глаз. Он выглядел оскорбленным и несчастным. Ей захотелось броситься к нему в объятия. Он мчался, спешил, проделал такой далекий путь, по сути, не зная, как его примут. Она потянулась и легонько тронула его за руку.

К своему удивлению, она вдруг поняла, что ему тоже не по себе: он все время бросал тревожные взгляды на Марка, словно ему неловко, что жена прикасается к нему в присутствии своего любовника, человека, с которым сбежала. Принесли виски, и он залпом выпил его. Марк тоже выглядел несчастным. Через некоторое время он вдруг опять вплотную придвинулся к Диане.

Диана чувствовала себя ужасно взволнованной. Никогда еще ей не приходилось бывать в такой ситуации. Они оба любили ее. С каждым она спала — оба это знали. В душе она любила и того и другого, может быть, по-разному, но любила их обоих, и теперь ей хотелось как-то приободрить этих двух здоровых мужчин, похожих сейчас на маленьких детей, но она боялась и не знала, как это сделать. Уверенная, что нельзя ободрить одного, не обидев другого, она отодвинулась от них на равное расстояние и откинулась на спинку стула.

— Мервин, прости, я не хотела сделать тебе больно.

Он посмотрел на нее в упор.

— Верю.

— Ты… ты понимаешь, что случилось?

— В общих чертах, да, — произнес он с сарказмом. — Ты убежала со своим любовником. — Он наклонился в сторону Марка, скрипнув зубами. — Американец? Знаю таких, перелетная птица, с ними, конечно, проще.

Марк ничего не отвечал, пристально глядя на Мервина.

Он вообще по натуре не был конфликтным человеком и сейчас не выглядел оскорбленным, а лишь озадаченным. Марк наблюдал за Мервином, как врач за пациентом. В его жизни этот человек занимал важное место, хотя они никогда не встречались. Все эти месяцы он думал: что это за мужчина, с которым Диана проводит каждую ночь? Теперь он его увидел и смог убедиться, что перед ним достойный соперник. А Мервин, наоборот, ничуть не интересовался Марком.

Диана наблюдала за ними. Трудно представить себе двух более разных людей. Мервин высокий, агрессивный, злой, нервный. Марк ниже, более хрупкий, чуткий, открытый. В голову пришла смешная мысль, что Марк когда-нибудь включит эту сцену в одну из своих комедийных пьес.

Глаза наполнились слезами, она вынула платок, тихонько высморкалась.

— Признаюсь, я поступила безрассудно.

— Безрассудно? — Мервин аж прищелкнул языком. — Нет, гораздо хуже, ты, похоже, совсем рехнулась.

Она вздрогнула. Он всегда умел припечатать словом, как ударом хлыста, но сейчас она это заслужила.

Официантка и те двое в углу следили за их разговором с нескрываемым интересом. Мервин знаком подозвал к себе женщину.

— Дорогуша, вы не могли бы принести мне парочку бутербродов с ветчиной?

— С удовольствием, — ответила та вежливо. Мервин всегда пользовался успехом у официанток и барменш.

— Видишь ли, — продолжала Диана, — последнее время мне было так плохо, а ведь я всего лишь хотела немного счастья.

— Счастья? В Америке? Там же у тебя ни друзей, ни родных, ни дома. Где были твои мозги?

Диана побледнела. Конечно, она ему очень благодарна, что он прилетел, нашел ее, но можно быть хоть чуточку добрее. Вдруг она почувствовала на своем плече руку Марка.

— Не слушай его, — произнес он спокойно. — У тебя будет не кусочек, а огромный кусок счастья, я обещаю.

Она с испугом взглянула на Мервина. Нет, так больше продолжаться не может. Вполне вероятно, что дело кончится тем, что муж растопчет ее прямо здесь, на глазах у Марка, публично отказавшись от неверной жены. В результате — ни Мервина, ни Марка. То-то порадуется Лулу Белл. А он на это способен, он вообще человек импульсивный, а сейчас ему предстоит принять моментальное решение. Как жаль, что все так скоропалительно, в таких делах не нужно торопиться. Потом, со временем, она смогла бы залечить его рану, а сейчас… Она поднесла к губам свою рюмку, но тут же доставила ее на стол.

— Теперь я уже ничего не хочу.

— Ну, не думаю, что все так мрачно, чашку чая ты все-таки выпьешь?

— Да, чаю, да.

Марк подошел к стойке и сделал заказ на троих.

Мервин так никогда бы не поступил, по его мнению, за чаем ходят только женщины. Казалось, муж уловил ход ее мыслей, он презрительно посмотрел на Марка.

— Так вот в чем дело? Оказывается, я должен был еще и чай тебе приносить. Мало того, что я тебя кормлю и одеваю, ты хочешь сделать из меня домашнюю хозяйку. — Его голос гремел. Принесли бутерброды, но он до них и не дотронулся.

— Сейчас не время для ссоры.

— Почему же? Самое подходящее время! Ты убежала с этим ничтожным типом, не сказав мне ни слова, оставив лишь дурацкую записку. — Он вынул из кармана куртки какую-то бумажку, и Диана узнала свое письмо. Ее лицо залила краска. Как он может быть таким жестоким, ведь над этим клочком бумаги она пролила столько слез! В горле встал комок, она отодвинулась от мужа подальше.

Принесли чай, Марк взял чашку, чтобы передать ее Мервину.