Читаем Ночь Мстителя полностью

«Я слышала, как командир сказал кому-то, что он полетит в Калькутту после наступления темноты». – прорычал я. Затем небольшой самолет будет заправлен топливом и готов к взлету. Но будут ли у них часовые в аэропорту? Я так не думал.

Мы поехали прямо в аэропорт, и Чоени пошел к менеджеру, чтобы сказать, что мы немедленно уедем. Он нахмурился, когда мы сели в самолет и вырулили к концу взлетно-посадочной полосы. Я должен был понять, что происходит, как только увидел, что джип тронулся. Он направился к нам под острым углом и остановился в двухстах ярдах от нашей машины.

Чоени кивнула, увидев джип. Она ускорилась, прогрела двигатели и направилась по взлетно-посадочной полосе прямо к джипу. Мы рванули через поле, и человек в джипе выскочил и укрылся. Я хотел схватиться за румпель, чтобы избежать столкновения с джипом. Чойни сильно закусила нижнюю губу, управляя элеронами и удерживая нос самолета прямо по центру взлетно-посадочной полосы и джипу. В самый последний момент она резко потянула румпель назад. Маленькая машина, казалось, была искренне удивлена этой просьбой, но сделала все возможное.

Он подпрыгнул от внезапного порыва воздуха… потом я почти услышал вздох самолета; у нас еще не было достаточно скорости для такого маневра. Машина снова приземлилась на взлетно-посадочную полосу. Но мы перескочили через джип и теперь с визгом неслись по трассе на пути к нормальному старту. Мне показалось, что я услышал выстрел, но он не причинил вреда.

Я откинулся на спинку кресла, когда мы наконец взлетели, чувствуя боль и ожоги последних нескольких часов. Мое запястье пульсировало там, где оно было обожжено пламенем. Порезы на руках и груди пронизывал соленый пот, и я так устал, что хотел спать целый год.

«Мы никогда не доберемся до Калькутты», — сказал Чоени, указывая на датчик топлива.

— Посади его в ближайшем аэропорту, — сказал я. «Сегодня мы поспим, а завтра заправимся и полетим в Калькутту».

Она вздохнула с облегчением и наклонилась вперед, чтобы изучить карты.

Двенадцатая глава

На следующий день мы пролетели ниже над Гангом, великой рекой веры индусов. У Ганга много притоков; одна из них — река Хугли, протекающая через Калькутту. Мы направились на юг, чтобы следовать по великой реке до самого города.

Внезапно мы увидели что-то похожее на черную точку на горизонте. Сначала я подумал, что это чайка, но через десятую долю секунды понял, что это реактивный истребитель, несущийся по воздуху со скоростью, вдвое превышающей скорость звука, рядом с "Команчем". «Команч» сильно занесло, наполовину перевернуло, и Чоени с трудом румпелем подтянула нос. Было ощущение, что мы попали в эпицентр сильной грозы, когда над нами пронесся слипстрим ревущего истребителя.

Джо скорчился рядом со мной, его ноздри расширились от страха, поскольку машине угрожало быть разорванной на части.

На горизонте появились еще две черные точки. Чоени опустила «Команч» в пике и пролетела как можно ниже над деревьями. Когда над нами пролетали истребители, я увидел большие красные звезды и изогнутые крылья МиГи-23. Это были лучшие самолеты, которые были у русских.

Чоени указала сзади и сверху на русский бомбардировщик. По бокам бомбардировщика летели еще шесть стройных истребителей.

«Похоже, русские ввели большие силы», — сказал я.

Чоени переключился на частоту аэропорта и прислушалась. Практически сразу эфир заполнился русским и английским переговорами. Обе группы запросили инструкции по посадке.

"Есть ли американские самолеты?" — спросила Чоени. Мы осмотрелись вокруг. Когда мы приблизились к аэропорту Дум-Дум, мы увидели, как мимо нас пронеслись две группы истребителей с треугольными крыльями, по четыре в каждой группе. Это были двухмоторные штурмовики ВМС США.

Чоени взяла ручной микрофон и, во время краткого перерыва в радиосвязи, вмешалась и попросила инструкций по посадке.

Сильный сигнал со станции аэропорта прогрохотал через громкоговоритель, давая ей немедленные указания.

Другой голос вмешался на английском языке. «Американские самолеты с авианосца «Лексингтон», сообщаем вам, что у вас есть приоритетное разрешение на посадку на седьмой линии восьмой полосы. Пожалуйста, не более двух самолетов одновременно.

Сигнал был прерван, и российским самолетам было приказано приземлиться на полосе восемь ноль примерно через семь минут.

Мы с Чоени переглянулись. Нам не нужно было ничего говорить, чтобы выразить страх, который нарастал внутри нас. Две сверхдержавы собирали свои силы в городе.

Это называлось дружескими визитами. Или же они использовали бы другое дипломатическое выражение, чтобы оправдать вторжение на территорию Индии, которое теперь было в небольших масштабах. Но результаты были бы трагическими, если бы две державы столкнулись на нейтральной территории.

Чоени управляла приборами и грациозно опустила маленький "Команч", после чего мы приземлились в начале взлетно-посадочной полосы и вырулили на перрон ангаров для частных самолетов.

Я сосредоточенно нахмурил брови. Вопросительный взгляд Чоени заставил меня выразить свои мысли словами.