Читаем Ночь ястреба полностью

Но белорусская армия, которая двигалась на Вильнюс из Сморгони, продолжала оставаться многочисленной и очень мощной. Одних разведывательных вертолетов у белорусов было столько, сколько у литовцев всего вертолетов всех типов, а механиков, наверное, столько, сколько у Пальсикаса было подготовленных солдат. Пальсикас не питал надежды, что сможет своими силами остановить армию Вощанки, ведь Вощанка запросто может захватить Вильнюс, используя только свои вертолеты...

...Поэтому Пальсикас не собирался встречаться с войсками Вощанки в открытом бою. Опираясь на свой многолетний опыт, как и на реалии, с которыми столкнулся, став командующим молодой литовской армией, Пальсикас понимал, что не может делать все, что хочет. И никакие молитвы и убеждения не могли помочь ему обратить в бегство белорусскую армию. Необходим был новый план действий. И именно сейчас он начал складываться у него в голове.

Несмотря на преимущество в скорости продвижения, которое получила армия Вощанки, воспользовавшись трассой Минск — Вильнюс, имелся во всем этом и один недостаток: свободно свернуть с этой трассы можно было только в определенных местах. И развернуть колонну на марше было почти невозможно. Пальсикасу пришел на память момент из древней истории Белой Руси.

Когда татаро-монгольские захватчики двигались по этой местности к Балтийскому морю, жители страны отсекали обозы, нападали на тылы и фланговое охранение, стремительно налетали с холмов и снова скрывались на них. Используя легкие танки, БТРы и штурмовые вертолеты, терзать противника — вот что задумал Пальсикас вместо того, чтобы вступать в открытый бой с белорусской армией, направляющейся к границе Литвы. И поэтому он вывел из Вильнюса всю свою дивизию — почти шесть тысяч солдат, пересек границу и расположился на Ошмянской возвышенности на территории Беларуси, приготовившись атаковать фланги и тылы колонны. Видимость была плохая, но даже сквозь холодный моросящий дождь Пальсикас мог видеть колонну танков и бронемашин, спешащих по трассе Минск — Вильнюс на запад.

Плохая погода явно затрудняла войскам Вощанки разведку, и патрульный вертолет, пролетевший всего в двух километрах от того места, где скрывалась «Бригада Железного Волка», не заметил их. Сейчас большинство разведывательных вертолетов ушли вперед, усилив наблюдение по мере приближения к Вильнюсу.

— С радара сообщают о появлении новых вертолетов, — доложил Зукаускас. — Их много, движутся быстрее, чем первая группа. Должно быть, штурмовые вертолеты. Подошли очень близко к 3-й бригаде.

— Передайте приказ 3-му батальону приготовиться к атаке после того, как пролетят вертолеты, — приказал Пальсикас. Связь между его частями осуществлялась с помощью устаревших полевых телефонов, потому что радиопередачи в такой близи от белорусских войск могли быть моментально засечены и запеленгованы. Выбравшись из вертолета, Пальсикас, пригнувшись, подошел к небольшой группе солдат, лежавших на самом гребне холма и наблюдавших за колонной белорусской бронетехники в большой телескопический прицел.

— Уже подобрали для нас цели, сержант?

Сержант Маркус Стара, обернувшись, увидел, что рядом с ним в грязи лежит сам генерал Пальсикас, и раскрыл рот от удивления.

— Еще нет. Машины вижу, но не могу различить среди них ракетные установки или ЗСУ-23-4. — Он пользовался громоздким ночным прицелом советского производства ЦСР-3030, но, к сожалению, чтобы этот старый прибор мог «видеть в темноте», ему требовалось много света, например, лунного, а в условиях весенней грозы, бушевавшей над ними, этот прицел был почти бесполезен.

— Тогда смотрите внимательнее. Света мы сейчас вам добавим. — Пальсикас вернулся с гребня к вертолету и приказал своему заместителю: — Полковник, передайте вертолетам команду приготовиться к атаке.

* * *

Наблюдателей в следовавшей по трассе колонне не было, поэтому первым подал сигнал тревоги офицер управления огнем с борта белорусского штурмового вертолета Ми-24, летевшего к югу от трассы.

— "Бригада", «Бригада», я — 154-й. Вражеские вертолеты на вершине холма к югу. Я вижу их... они готовятся к атаке. — Стрелок направил свой инфракрасный сканер вниз на вертолет. — Цель поймана! — крикнул он.

— Доложи расстояние до цели, — отозвался пилот, — и приготовь ракеты к пуску. — В вертолетах Ми-24 стрелок обычно управлял только носовым инфракрасным сканером да еще тем оружием, управление которым ему передавал пилот. Но так как большинство пилотов не любили возиться с оружием, они, как правило, передавали стрелку управление всем вооружением.

Для измерения расстояния стрелок воспользовался электронным оптическим прибором, встроенным в инфракрасный сканер.

— Примерно три километра... два километра... левее три градуса... чуть больше километра...

Но что-то здесь было не так. Объект, который он считал вертолетом, сейчас совсем не был похож на летящую машину.

— Подожди!