Читаем Ночь чудес полностью

– Женька, это не игрушки! Мы с тобой не спецы по раскрытию убийств!

Но Женька уже закусила удила, и остановить её разумными доводами было нереально.

– Зато почти спецы по сценариям, даром, что ли, нас на втором курсе сценарного факультета держат? Не дрейфь, Зямка! Вряд ли они начнут убивать сразу: им ещё придётся вписать нас в свою схему. А мы тем временем понаблюдаем, пораскинем мозгами. Закрой рот! Если ты сейчас скажешь что-нибудь про профессора Плейшнера, я завизжу. Ненавижу этот тупой анекдот.

* * *

Когда они вышли из бани, веселье на пятачке у ёлки било ключом. Мачо с выдающейся челюстью и дюймовочка-Полина отплясывали нечто, отдалённо похожее на краковяк, а гигант и Карабас-Барабас, хохоча, отбивались от вываленной в снегу Эллады.

– Эй, девчонки, на помощь! – завопил гигант. – Наших бьют!

– Спасибо, я справляюсь, – пыхтя, заверила гренадёрша и опрокинула его напоследок в сугроб. – Ну, хватит. Пошли за стол, пока эти гулёны во второй раз не помёрзли.

И снова Ленка усомнилась в реальности подслушанного разговора: разве могут так беспечно веселиться люди, задумавшие убийство? Не пригрезился ли ей тот шёпот из-за дурноты?

Дом – изба-пятистенок – не имел ничего общего с современными загородными коттеджами. Сени, узкая кухня с дровяной плитой, отделённая от кухни бревенчатой стеной комната с огромной печью выглядели декорацией к фильму про деревенскую жизнь позапрошлого века. Разве что потолки необычно высокие, под три метра. А так даже мебель, похоже, сколочена вручную. Длинный стол, лавки, огромная квадратная – два с половиной на два с половиной – кровать, по стенам шкафы с ситцевыми занавесочками, заменяющими дверцы. На кухне – открытые навесные полки, узкий топчан. И древняя утварь – ухват, глиняные горшки, медный самовар, медный же рукомойник, берестяные вёдра… Гармонию нарушали только электрические лампочки, небольшой холодильник да сервировка накрытого в комнате стола – если по отношению к пластмассовой посуде уместно слово "сервировка".

Подруги заранее условились, что за стол сядут порознь, чтобы, как выразилась Бяша, "сравнить показания подозреваемых". Ленка примостилась в уголке рядом с Полиной (та внушала меньше всего опасений), а тщедушная Женька храбро втиснулась между гигантами Ильёй и Элладой, которые, кстати, оказались мужем и женой. На противоположной лавке вольготно расположились муж Полины Роман, он же – Карабас-Барабас, и мачо с мужественным подбородком, отзывавшийся на имя Ник.

Благоразумное решение – не пить ничего, кроме воды, и есть только "нарезку" – полетело к чертям собачьим в первые же минуты застолья. Хозяева первым делом налили залётным гостьям шампанского и потребовали, чтобы пластиковые фужеры были осушены стоя и до дна. За счастье в наступившем году. Потом девушкам наложили на тарелки гору разнообразной снеди и безжалостно следили за процессом её поглощения. Бледную Бяшину попытку вякнуть что-то протестующее Эллада пресекла единственно силой взгляда. План разговорить хозяев и выяснить, какие скрытые течения гуляют в подводных глубинах их видимой дружбы, тоже едва не оказался под угрозой срыва, поскольку подозреваемые сами жаждали выступить в роли следователей и выведать подробности "истории с кавалерами". От допроса удалось уклониться только благодаря доброте Полины, заметившей, что девочки отвечают крайне уклончиво, и деликатно сменившей тему. Но позже, когда сотрапезники захмелели и общий разговор растёкся на отдельные ручейки, дело у самозваных сыщиц потихоньку пошло на лад.

– Какой необычный дом, – закинула удочку Зяма, обращаясь к соседке по столу. – Я таких э… архаичных никогда не видела.

– Что, посконный примитив? – рассмеялась Полина. – Есть немного. Это всё Ромка. Он у меня романтик-отшельник, как узнал про эту брошенную деревню, так сразу и завёлся. Пристал с ножом к горлу: давайте, мол, купим тут дом. Вы видели эти дома? Одно название. Покосились, в землю ушли, полы прогнили, крыши худые. А дорог нет. Деревня-то больше полвека как опустела, раньше была грунтовка через лес, да заросла. Так что мы сюда всё на горбу тащили – от инструментов до последней тряпки. На себе и на вьючных лошадях. Брёвна валили, пилили и тесали прямо здесь. Чтобы сложить новые печи, пришлось штук пять старых разобрать на кирпичи.

– И что, всё – сами? – недоверчиво спросила Ленка.

Полина улыбнулась.

– Не совсем. Сами мы лет пять провозились бы. А с бригадой строителей управились за сезон. Но досталось всем изрядно – и шабашникам, и нам. Ромка с Илюхой две недели почти не спали, пока не запустили свою электростанцию…

– Электростанцию?!

– Ну да. Автономную, ветро-солнечную. Видели за домом здоровенную "дуру"? В смысле, мачту с пропеллером? А на крыше – панель с фотоэлементами. Тоже, можно сказать, самодельные: у нас свой заводик по производству ВСЭУ. Здесь неподалёку, во Ржеве.

– У вас пятерых? – осторожно уточнила Ленка.