Читаем Ночь без конца полностью

Подогнув колени, Джоуди стала медленно сползать по дереву. Но кора царапала спину и цеплялась за сорочку, поэтому она оттолкнулась от ствола. Присев на корточки, она начала всматриваться в заросли вокруг и в черневшую стену.

«Возможно, никого там уже нет», — сказала она сама себе.

Подавшись вперед, Джоуди встала на четвереньки и начала карабкаться дальше.

«Настоящая ирония судьбы, если меня убьют сейчас. Столько пройти, чтобы погибнуть в двух шагах от полицейских».

Она впервые услышала об иронии на уроке английского в прошлом году. Ее учитель английского, мистер Плэтт, объяснил тогда, что это оборотная сторона идеальной справедливости.

Джоуди верила в Бога.

Она не особенно верила в его милосердие, но одно для нее было совершенно ясно: Бог обожал иронию.

«Возможно, его весьма позабавит, — подумала она, — топор, воткнутый в мою спину, когда я буду влезать на стену, полагая, что уже в безопасности. Не надо, пожалуйста. Ладно? Это убьет моего папу. Ты уже забрал мамочку, когда развлекался иронией, так что постарайся сдержаться на этот раз. Ладно? Аминь».

Не успела ее молитва вознестись в небо, как в голове зароились иные мысли: «Хорошая манера общаться с Господом, ничего не скажешь. Теперь он на меня наверняка обидится и точно убьет».

Джоуди остановилась.

Застыв в позе приготовившегося к старту спринтера, она стала пристально вглядываться в темную стену. Сейчас она была не дальше двух ярдов от нее, хотя могла и ошибаться. Слишком темно для абсолютной уверенности.

Оглянувшись по сторонам, она снова не заметила ничего подозрительного.

«Пора со всем этим кончать».

Но все мышцы подергивались и кололи, и Джоуди взяли сомнения, хватит ли сил перелезть через забор.

«Получится, — убеждала она себя. — На счет три. — Раз. Два. Три!»

Джоуди рванула с места, словно спринтер, оттолкнувшийся от подставочных стартовых башмаков, и, пулей преодолев финальный отрезок склона, подскочила к стене и подпрыгнула.

В тот момент, когда ее руки ухватились за верхушку забора, Джоуди услышала быстро приближающиеся слева шаги.

Часть II

С вами Саймон

Глава 8

Во всем он обвинил меня. Он — это Митчел. Это было после того, как девчонка с пацаном сбежали. Когда она перелезала через забор, мне удалось схватить ее за ногу, но она вырвалась. Вот с этого момента и начались прошлой ночью мои неприятности, так что лучше начать именно отсюда.

Вина была действительно моя. Я должен был ее снять с забора. Все испортило то, что моя рука слишком высоко поднялась по ее ноге, а на ней не было трусиков. Она была в одной рубашке, которая скорее напоминала огромную тенниску. Я отвлекся и поэтому оказался не готов к тому, что она неожиданно брыкнула ногой. И выпустил лодыжку, а другую мою руку она чуть не раздавила своей ногой о стену. Так я ее упустил.

Между прочим, руке моей тогда здорово досталось. Содрал кожу с пальцев. Даже кровь текла, хотя и немного.

Как бы там ни было, но я ее упустил. А мог поймать дважды, если уж на то пошло. Первый раз — на лужайке перед домом той старой перечницы, тем самым домом, в который ей и пацану в конце концов удалось войти. Она пыталась сделать поворот, но слишком резко затормозила, из-за чего поскользнулась на траве и упала. Это дало мне шанс, которым я и воспользовался. Она попыталась подняться и вырваться, но я схватил ее за волосы.

Она лежала на спине. Ночнушка закатилась и спуталась на груди. Я не мог видеть ее груди, но все остальное было прямо на виду. Тогда я впервые и заметил, что на ней не было трусиков. Она была такая худенькая, но не кости и кожа. Кожа гладкая и красивая. Похоже, на лобке не было ни единого волоска, по крайней мере мне так казалось, пока я не встал на колени возле ее головы. Лишь тогда я увидел, что они все-таки были, но такие тонкие и редкие…

Я прижал ее к земле за волосы. Чего я хотел больше всего, так это… многое чего. Во-первых, я хотел ее всю почувствовать. Потрогать все ее тело. И, конечно же, сорвать с нее ту ночнушку. И, поверите или нет, хотелось получше рассмотреть ее лицо. Я видел его только мельком, при очень плохом освещении, но и увиденное произвело на меня потрясающее впечатление.

Во всяком случае, это то, что я хотел сделать. Впрочем, я отдавал себе полный отчет — она была не для забав, и ее надо было убить. И чем скорее, тем лучше. Времени для развлечений не было — дело надо было делать. Поэтому я и не прикоснулся к ней — разве что притянул за волосы к земле, — а сразу полез за ножом.

Но, прежде чем я успел его достать, она треснула меня своей гребаной бейсбольной битой. Удар был не настолько сильным, чтобы я отключился, но все же достаточно чувствительным. Боль была адской, поэтому я и не смог ее удержать.

Так она вырвалась первый раз.

Во второй раз это случилось, когда она перелезала через забор, а я схватил ее за ногу.

Так что оба раза виноват был я.

Когда я упустил ее у стены, Митчел грязно выругался.