Библибоба

Читаем Нью-йоркский обход полностью

Нью-йоркский обход

Александр Михайлович Стесин

И видишь как бы сон, и как бы – нет(настенного динамика мембранапроцедит бормотание медбрата,вернет тебя в знакомый кабинет,пропитанный лизолом и крахмалом)о чтении с больничного листаанамнеза от первого лица –о том, что жив… И видит сон, как мал он.О третьих лицах, слившихся в одно:сухой хасид, его сосед, отечен,на происках спецслужб сосредоточен,женщина, глядящая в окно,пока другие жители палаты(полупалата – полукоридор,где всех равняет галоперидол),в пижамное одеты и патлаты,раскрашивают что-то всемером(арт-терапии труд ежесубботнийкак подтвержденье мысли, что свободныйхудожник – все-таки оксюморон).О том, что видишь: лифт, подсобка, будкавахтерская… Сбиваешься с пути,блуждаешь. И в ответ на «как пройти?»дежурный тычет в пустоту, как будтоее проткнуть пытаясь или наневидимую кнопку нажимая.Похожесть помещений нежилая,уложенная в лабиринт длина.Больнично-коридорный сумрак суток.Как время замирает на посту,как зренье превращает пустотув расплывчатый рисунок, и рассудокспешит назад, к приметам бытовым.И видишь, достоверности добытчик,не свет в конце, а красный свет табличек«пожарный выход» зреньем боковым.И – скрежет лифтов, и сквозняк подсобок,и оклик, относящийся не к нам,все дальше… Разбредаются по снамжильцы палаты, спящие бок о бок.

5

Перейти на страницу:
Читать далее

Все книги серии Художественная серия

Щель обетованья
Щель обетованья

Наум Вайман

Проза / Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза
Читать бесплатно
Логопед
Логопед

Новый роман Валерия Вотрина — лингвистическая антиутопия. Действие романа разворачивается в государстве, управляемом законами орфоэпии. Умение следовать правилам пунктуации и орфографии определяет социальное положение граждан, а необходимость контролировать их соблюдение создает развитую систему надзорных и регулирующих органов. Два главных героя романа — логопед, встроенный в государственную систему надзора за языковыми нормами, и журналист, высланный за несообразные с языковой политикой суждения. Одному суждено разрушить государственную систему изнутри. Другой станет последней надеждой на сохранение языка страны и, как следствие, ее государственности.

Валерий Генрихович Вотрин , Валерий Вотрин

Проза / Роман, повесть / Роман / Современная проза
Без регистрации
Пастухи фараона
Пастухи фараона

Описываемые в этой книге события начинаются в первый день девятнадцатого века, а заканчиваются — в последний двадцатого. Исторические главы в ней перемежаются жизнеописанием главного героя, родившегося в России, жившего в Литве и Польше, участвовавшего во всех войнах Израиля, объездившего весь свет, но в конечном счете заблудившегося где-то в небесных коридорах. Все это происходит на фоне русской и еврейской истории, где действуют политики (от Екатерины Великой и сенатора Державина до Бен Гуриона, Хрущева и Ельцина), а также раввины, революционеры, жандармы, ученые, адвокаты, чекисты, аферисты и разные прочие персонажи.

Эйтан Финкельштейн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Полная версия
Последний магог
Последний магог

В основе новой книги прозы — роман «Последний магог», развернутая метафора на тему избранничества и изгнанничества, памяти и забвения, своих и чужих, Востока и Запада, страны Магог и страны Огон. Квазибиблейский мир романа подчеркнуто антиисторичен, хотя сквозь ткань романа брезжат самые остросовременные темы — неискоренимые мифы о «маленькой победоносной войне», «вставании с колен», «расовом и национальном превосходстве», «историческом возмездии». Роман отличает оригинальный сюжет, стилистическое разнообразие и увлекательность повествования.

Валерий Генрихович Вотрин , Валерий Вотрин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Читать Онлайн

Похожие книги

Одиночный выстрел
Одиночный выстрел

Где-то на слаборазвитой планете, в далеком феодальном мире влачит жалкое существование невольник по прозвищу Молчун. Он не говорит, не слышит и ценен только тем, что может исправно вращать ворот водочерпалки в условиях, где не выдерживают другие невольники и тягловый скот. Но неожиданно случилось незначительное событие, заставившее Молчуна «проснуться», спасти своих хозяев и вновь стать на просторах Вселенной тем, кем он был когда-то…

Алла Игоревна Бегунова , Алекс Орлов

Биографии и Мемуары / Проза / Проза о войне / Фантастика / Боевая фантастика / Космическая фантастика / Военная проза
Читать бесплатно
Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Без регистрации
Бывшие. Я тебя верну!
Бывшие. Я тебя верну!

— Пасуй сюда! — услышала и обернулась. Прошла метров пятьдесят и вниз посмотрела. Рома в термобелье и шортах играл в футбол с каким-то мальчиком.— Пап, смотри какой удар!Пап? Я осмотрелась даже — они были вдвоем. И я не понимала, кто отец этого мальчика?!— Ты точно будешь чемпионом! — крикнул мой муж. Это было так… Так восторженно и одновременно нежно. Я сглотнула вязкую слюну, но тревога уже расползалась по телу. И душе. — Иди сюда.— Ну и скорость у тебя, сын! — восхитился, а я кажется пропала. Это бред! У нас один ребенок!

Оливия Лейк

Проза / Самиздат, сетевая литература / Современная проза
Полная версия
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
Читать Онлайн
Избранное