— Сила Есуры. Астральное сияние, — произнес молодой человек, крепко стоявший на ногах. Соединив свое тело с астральной энергией и превратившись в возвышающееся богоподобное существо. Набравшись сил, он ринулся вперед. Каэль увидел его приближение и снова поднял свой меч, но юноша был готов. Он вызвал астральный поток энергии, от которого Каэль отлетел назад, а его меч со звоном упал на землю. Каэль пытался защищаться, но удары противника были слишком быстрыми и точными. Наконец, молодой человек нанес последний, сокрушительный удар, от которого Каэль пролетел по воздуху проломив своим телом несколько фиолетово-белых стволов деревьев, а его тело с тошнотворным стуком упало на землю.

Когда пыль осела, молодой человек в черном плаще, на котором была изображена буква «А» стоял победителем, задыхаясь от напряжения, его тело сотрясалось от усилий, затраченных на столь мощную атаку. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая тяжелым дыханием таинственного незнакомца в капюшоне. Он осторожно подошел к упавшему Каэлю, готовый к любому признаку движения. Но его не было. Неподвижность Каэля жутко контрастировала с той яростной энергией, которую он излучал во время боя. Астральный воин выиграл, но ценой больших усилий. Его руки пульсировали от боли, напоминая о том, как тяжело далась ему битва. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, молодой человек не мог почувствовать тяжесть своих мыслей. Он шел по полю, его шаги были медленными и обдуманными, пока он пробирался к возвышающимся вдали горам. Огромное поле перед ним виделось бесконечным, как и пустота, которую он ощущал внутри себя. Он шел медленно, каждый шаг тяжким бременем ложился на его душу. В его голове пронеслись воспоминания о битвах, в ушах звучали звон мечей и крики умирающих. Когда астральный воин двигается, капюшон следует за ним, мягко покачиваясь при каждом шаге. Как будто сама ткань живая, продолжение его существа.

— Все кажется бессмысленным, бесцельным и лишенным какого-либо истинного значения. Жизнь быстротечна, а жертвы войны кажутся бесконечными. Я видел, как бесчисленное количество людей приходило и уходило, сменяясь другими, которых неизбежно постигнет та же участь. Я был тем, кто приносил смерть, на моих руках сотни и сотни жизней. И ради чего? В чем смысл всех этих разрушений и потерь? Ответ — ни в чем. Нет ни смысла, ни значения, ни цели. Зачем мы сражались? Все мои друзья в прошлом. Они все ушли, потому что мертвы. Холодность и безразличие, которые когда-то отталкивали меня, теперь кажутся единственным способом выжить в этом жестоком мире. Раньше я осуждал Ада́йна за его бесчувственность, черствость и отстраненность. Но теперь, пройдя свой собственный жестокий путь, я понял его. Теперь я вижу, что это необходимый защитный механизм. Когда ты видел так много смертей, ты не можешь позволить себе ощутить всю тяжесть каждой потери. Это раздавит тебя. Холодность и апатичность стали моими постоянными спутниками в этом мире неразберихи. Когда-то я думал, что у всего должна быть цель, причина жизни. Но теперь я вижу, что это не так. Иногда вещи просто есть. И я должен научиться принимать этот факт, как бы трудно это ни было.

Он продолжал идти к горам, тяжесть его мыслей и бремя его поступков тяготили его. Его охватило чувство покорности, осознание того, что Вселенной безразлично его существование и борьба человечества. У него не было другого выбора, кроме как принять это и продолжать идти к неопределенному будущему.

Глава третья. Северный Орден

Три года назад.

— Королева, король То́рмак прибыл, — объявил мужчина, чье лицо было скрыто под синим капюшоном с серебристой окантовкой.

— Пригласите его сюда, — распорядилась молодая обладательница бело-голубых, обжигающих нутро своим холодом глаз.

В серый и мрачный главный зал Северного ордена вошел молодой То́рмак. Однако вместо королевского приема его ждали сотни озлобленных и ожесточенных взглядов адептов. Адепты были сверхлюдьми или, как называли их другие жители Еста́ра — не люди, а звери в человечьем обличии. Они обладали сверхчеловеческой силой, скоростью, выносливостью, реакцией и осязанием. Их восприятие пространства и времени, и невероятнейшая способность ловко манипулировать своим телом в этих физических моделях — выходили за рамки понимания обычных людей. За ними сложно уследить человеку с обыкновенными рефлексами. Помимо прочего органы чувств адептов были обострены до невероятного уровня. Одежду, снаряжение и оружие адепты делали для себя самостоятельно, вдыхая в них частичку своей энергии. Таким образом все перечисленное выдерживало колоссальные нагрузки и мощности.